Эмилия оказалась втянута в игру с Адрианом Батлером, где её тело становится объектом его желания. Возникает конфликт между желаниями и властью, когда она пытается вырваться из ситуации, где её судьба решается силой. Напряжение нарастает вокруг отношений Гордеевой и Батлера.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «(Не)строго бизнес»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Эмилия оказалась втянута в игру с Адрианом Батлером, где её тело становится объектом его желания. Возникает конфликт между желаниями и властью, когда она пытается вырваться из ситуации, где её судьба решается силой. Напряжение нарастает вокруг отношений Гордеевой и Батлера.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Алекс Джиллиан Легкое чтение Любовные романы Самиздат подборки серии
Эмилия оказалась втянута в игру с Адрианом Батлером, где её тело становится объектом его желания. Возникает конфликт между желаниями и властью, когда она пытается вырваться из ситуации, где её судьба решается силой. Напряжение нарастает вокруг отношений Гордеевой и Батлера.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
«Слова только мешают понимать друг друга», – простая цитата, которая способна кратко описать происходящее между нами. Долгожданный штиль, после шторма – момент, когда в людях просыпается чувство созидания и радости от одной лишь мысли, что они живы, пусть и сломлены. После любого цунами, который оставляет после себя разруху и боль, приходит тихое осознание того, что все позади. Самое страшное позади, и как бы ни было тяжело, выводы из разрушительного цунами сделаны, и к следующему восхождению волны, ошибки эвакуации и потери будут сведены к минимуму.
Адриан пытается накормить меня ужином, но я осиливаю лишь фруктовый сок и смотрю музыкальный канал, когда Адриан уходит в душ. В груди что-то скребет и царапает, что дышать больно, и я встаю, направляясь к ванной в ночной рубашке.
Дверь не закрыта. Адриан стоит спиной ко мне, намыливает ладонями волосы. Стекло, разделяющее нас, почти полностью запотело, но мне не нужно видеть его мышцы, чтобы чувствовать, тянуться к его внутренней силе, которая каждый раз проникает под мою кожу едва уловимыми вибрациями, когда он рядом.
Прямо в одежде я осторожно проникаю в кабинку, вставая под струи воды. Обнимаю Адриана со спины, складывая руки в области солнечного сплетения мужчины и напряженных мышц. Его плечи расслабляются, когда я прижимаюсь к его спине влажной щекой. Встав на цыпочки, целую в затылок, ощущая, как снова хочется всплакнуть, от переизбытка каких-то необъяснимых никакими словами в мире, эмоций.
– Спасибо, что оказался рядом, позаботился обо мне, – впервые за несколько часов я снова начинаю говорить. – Спасибо, что не винишь меня в том, что я сделала, – Адриан поворачивается ко мне, обхватывает лицо ладонями. Глубокая морщинка между бровей почти исчезает, он просто гладит меня по волосам и прижимает к себе под струями теплой воды.
Ответа я так и не дожидаюсь, хотя наши души общаются, кажется, ежесекундно. Сколько же дерьма нужно было хлебнуть, прежде чем ощутить эту гармонию между нами…. Несправедливо, правда?
После душа, Адриан берет меня на руки и относит в постель, накрывая одеялом. Мы долго лежим в темноте и молчим, прикасаясь друг к другу кончиками пальцев, как пришельцы с разных планет, которые впервые встретились и изучают свои расы наощупь.
Просыпаюсь рано, когда в просторную квартиру Адриана просачивается предрассветная дымка. В животе так пусто, что хоть зверем вой от голода. Жалею, что не послушалась вчера Батлера и не смогла затолкнуть в себя ужин. Радует, что аппетит появился так быстро – хороший знак, значит организм немного восстановился.
Я встаю с постели, пока Адриан ещё спит в позе «владыки мира» – руки зажаты под головой, пока он лежит на спине и ровно дышит, прикрыв простыней только бедра.
