Эмилия оказалась втянута в игру с Адрианом Батлером, где её тело становится объектом его желания. Возникает конфликт между желаниями и властью, когда она пытается вырваться из ситуации, где её судьба решается силой. Напряжение нарастает вокруг отношений Гордеевой и Батлера.
– Скорее, грязно, Эйд, – ее взгляд плывет, а улыбка выглядит немного пьяной. Я достаю пальцы из ее трусиков и провожу ими по своим губам, облизываю, вдыхая густой запах женского возбуждения. Задумчиво хмурюсь, пытаясь не рассмеяться, потому что сейчас Эмилия смотрит на меня еще более потрясенно, чем пять минут назад.
– А, по-моему, вкусно, детка, – озвучиваю свой вердикт, и она краснеет, словно девственница, но при этом ее маленькие, проворные пальчики бесстыдно двигаются вдоль моей вздувшейся до треска ширинки. – Расстегни, – приказываю я, глядя ей в глаза. И моя скромная гордячка делает это. Расстегивает ремень, пуговицы, дергает вниз молнию. Завороженно смотрит, как я судорожно втягиваю воздух, когда ее пальцы обхватывают освобождённый член и начинают неторопливо скользить по всей длине.
– Быстрее, детка, – шиплю сквозь зубы. И малышка снова слушается, удивляя меня необычайной покорностью. – Хорошая девочка, – хвалю я, зарываясь пальцами в шелковистые волосы и притянув вплотную, впиваюсь в приоткрытые губки. Легкий, чувственный поцелуй плавно перетекает в жадное пожирание друг друга.
– А теперь медленнее, детка, – хрипло выдыхаю я, чувствуя приближение разрядки. Накрываю ее пальцы своими и показываю, как надо. Судя по горящему взгляду, неотрывно скользящему по моему лицу, Эмилии очень нравится учиться доставлять мне удовольствие. Те самые ожидаемые дивиденды, о которых я говорил совсем недавно.
– Ты потрясающая, детка, – поглаживая подушечками пальцев ее затылок, шепчу я, провожу языком по нежным губам, и она послушно открывает их, – Хочу твой язычок в другом месте, – озвучиваю свои пожелания. Эмилия ощутимо напрягается, в темных зрачках лавина противоречивых эмоций.
– Сделаешь это для меня, детка? – спрашиваю я, настойчиво глядя в черничные глаза. – Я закрою тебя, – отлично понимая причину ее сомнений, заверяю я. – Все смотрят фильм. Тут темно и никому нет дела, чем мы занимаемся. Давай, малышка, – я мягко нажимаю на ее затылок и, после недолгого сопротивления, она опускается с выражением лица, которое я не успеваю разгадать. Я приподнимаю плед, но не накрываю Эмилию полностью. Хочу смотреть, как моя краснеющая гордячка отсасывает мне в парке. Я уверен, что она никогда не делала ничего подобного даже мысленно и в этом есть особое удовольствие, запускающее взрыв адреналина по моим венам. Она пару раз обводит языком раскаленную головку и мягко обхватывает губами, вызывая у меня гортанный стон.
