Начинается новый учебный год, и мне кажется, что он обещает быть не менее скучным, чем были каникулы. Но что происходит? Меня назначают в качестве заложницы для жестокого отчима, который отправляет меня в трактиры с самым неприятным человеком из его клана. Веселые ночи и приключения уже начались, готовьтесь к необычным приключениям на школьной скамье....
Она выделяется самым знатным, богатым гражданам королевства и свидетельствет о высоком статусе нашего гостя.
Элегантный возница соскакивает на землю и ловко открывает дверцу кареты, откуда выпрыгивает высокий молодой человек.
Он вычурно одет и будто нарочно поправляет темную шевелюру так, чтобы продемонстрировать шикарные алмазные запонки на манжете. Один такой алмаз может оплатить строительство школы в деревне троллей.
Материал, из которого сделана его трость, поразительно напоминает кость дракона. Говорят, даже подделка под драконью кость стоит бешеных денег, а уж оригинал и вовсе доступен лишь первым лицам королевства.
"Неудивительно, что прибывший франт обезопасил себя мощной эльфийской печатью. Без магической защиты его бы сто раз уже ограбили!
Единственная деталь, не соответствующая поверхностному лоску, — его серьезные, вдумчивые глаза. Мужчина тщательно изучает принимающую сторону и неожиданно останавливает свой взор на мне, вроде бы надежно спрятанной за сводными родственниками.
Мне кажется, я смотрю на себя чужим взглядом и вижу спутанную гриву каштановых волос, припухшие от бессонной ночи веки, темные круги под глазами, бледную кожу и платье чернорабочей служанки. Так себе картинка!
Под его пристальным взглядом меня заполняет ощущение собственной никчемности. Поэтому, когда он наконец отворачивается к Грете, я испытываю облегчение. Ужасно хочется поскорее раствориться за ближайшей дверью, но для меня это непозволительная роскошь.
Отчим напротив липнет к гостю, как волос к мокрой коже.
Сфокусировавшись на потенциальном зяте, он, к счастью, забывает про меня. Больше не поглядывает в мою сторону, сердито набычившись. Вспоминает про меня только единожды, когда в силу вежливости приходится представить гостю жалко одетую незнакомку:
— Дочь моей жены сиры Альмиры.
Опускаю глаза и кусаю губы, чтобы смолчать. Мне хочется возразить, закричать, заплакать! Обидно до слез, что отчим выставил меня полной дурой, а о главном — о своем участии в моей жизни умолчал.
