В новой книге "Нета женщина" Дианы Рымарь, вы найдете захватывающую историю о неожиданных встречах и загадочных интригах в глухом селе. Каждый новый поворот сюжета открывает двери во всевозможные возможности - от романтики до жестоких игр, вызывая непредсказуемую атмосферу ужаса и очарования....
Рубен заранее побеспокоился о таком повороте событий и припас лубрикант, который предусмотрительно положил в карман позади водительского сиденья.
Достал его и вылил добрую порцию в руку. В машине резко запахло клубникой.
Девчонка дернулась, когда попытался к ней прикоснуться.
— Если не хочешь, чтобы я тебе что-нибудь порвал, ты сейчас расслабишься и выгнешься как надо. Я — большой мальчик, хочу тебя подготовить."
"Он с силой схватил ее за бедро, заставил оттопырить попку и снова провел пальцами по ее складочкам.
Расстегнул джинсы, стащил их с себя, наконец выпуская на волю член. Смазал клубничным лубрикантом и его.
Пристроился к девчонке сзади. Один рывок, и он уже в ней. В сладкой и достаточно влажной Кукле.
Она резко вскрикнула и замерла.
Рубен дал ей несколько секунд привыкнуть к размеру своего члена. Сам уже с ума сходил от долгожданного контакта. Ловил особый кайф от того, какой тесной девочка оказалась внутри.
Менеджер уверял его, что все девочки чистенькие, проверяются после каждого клиента, к тому же на противозачаточных, так что с ними можно было развлекаться без всяких там резинок.
Первый толчок, второй, третий, а потом дикая скачка. Он входил в нее, рыча от удовольствия. Крепко держал одной рукой за волосы, второй за талию и с силой вдавливал в нее член.
Кончил быстро и бурно, даже сам не ожидал. Слишком перевозбудился, пока раздевал Куклу и себя, трогал ее грудь, гладил между ног.
Что удивительно, завелся снова, даже из нее не выходя.
И снова кончил до обидного быстро. Такое с ним со студенческих времен, пожалуй, впервые.
— Ничего себе, — прохрипел он, орошая ее семенем внутри.
Выходя из нее, как следует шлепнул по попке, а потом схватил девчонку, устроился на кресле и усадил к себе на колени.
К тому моменту она уже ничему не сопротивлялась.
— Как тебя зовут? — спросил тем же хриплым голосом.
— Женя… — тихо промямлила она.
Имя ей шло, но прозвище, которым он ее наградил, подходило гораздо больше — Кукла.
— Не обижайся, если немножко переборщил. Ты классная очень.
С этими словами он поцеловал ее в шею, а потом не удержался и легонько укусил.
Хотя сделал это ласково, она вдруг зашипела:
— Отпусти меня…
— Хамишь… накажу! — усмехнулся он.
— Пожалуйста… — вдруг взмолилась она.
И так много мольбы было вложено в это ее «пожалуйста», что у него на миг даже сердце сжалось.
