Личный секретарь Аня и её босс связаны год романтических отношений. Но неожиданное решение мужчины всё меняет. Перед героиней встанет выбор между чувствами и реальностью, когда она узнает правду о своём месте в его жизни и о ребёнке, который вдруг появляется в их истории.
Раздел Chitat.online для книги «Не твой сын (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Личный секретарь Аня и её босс связаны год романтических отношений. Но неожиданное решение мужчины всё меняет. Перед героиней встанет выбор между чувствами и реальностью, когда она узнает правду о своём месте в его жизни и о ребёнке, который вдруг появляется в их истории.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Личный секретарь Аня и её босс связаны год романтических отношений. Но неожиданное решение мужчины всё меняет. Перед героиней встанет выбор между чувствами и реальностью, когда она узнает правду о своём месте в его жизни и о ребёнке, который вдруг появляется в их истории.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
- Как ты могла скрыть это от меня?! Почему не сообщила?!
***
Он сейчас пытался навязать ей чувство вины? Анне стало смешно.
- А если бы даже и так, господин Батуров, - она расслабленно оперлась на локоть. - Допустим, если бы я сообщила. Что тогда? Вы бы поменяли свои планы? Перестроили жизнь, передумали жениться на дочери Шамаева? Может быть, признали бы моего ребенка и дали ему свою фамилию?"
"- Я… - мужчина на миг осекся, что-то огненное мелькнуло в глазах.
- Что и требовалось доказать.
Вадим резко дернулся, будто она его ударила, и выкрикнул:
- Я не знаю, что было бы тогда! Но я бы нашел выход! Это не повод лишать ребенка отца.
- А у моего сына был отец, - с гордостью сказала Аня. - Самый лучший отец в мире. И это не ты.
А потом поднялась с места.
- Прощай, Вадим, эта тема закрыта.
- Не закрыта, - резко проговорил он. - Я хочу видеться с сыном.
глава 26
Анна медленно повернулась, светлые глаза прищурились, взгляд стал острым как бритва.
- Зачем? - спросила неженски жестко.
А…Разве он думал когда-то, что будет готов прибегать к самым грязным приемам, лишь бы вырвать у нее секунды общения? Холодный, полный презрения взгляд. Да что угодно! Сейчас он был на все согласен, лишь бы она смотрела на него.
Хоть как.
До дрожи. До ободранной в кровь обожженной шкуры. Когда ты просрал все, но пытаешься спасти хотя бы крохи.
Только смотри на меня, говори со мной, позволь быть рядом.
Потому что я, бл***, ошибся девять лет назад. Страшно ошибся. А потом все эти пустые мертвые годы хлебал то, что заварил. Говорят, Батуров спинным мозгом чует, во что вкладываться? Он готов был до истерики, до колик над собой смеяться, а только не выходил смех. Хрип жалкий.
- Я имею право, - выдавил он, нервно сглатывая и глядя на нее исподлобья.
- Нет у вас никаких прав, господин Батуров.
Сейчас повернется и уйдет. А ему нельзя ее отпускать. Ему нужно высказать ей, объяснить, чтобы поняла. Когда-то она его с полувзгляда понимала. Когда-то.
Но сейчас просто остановить.
- Я буду настаивать на анализе ДНК для признания отцовства.
А вот сейчас эта холодная красивая волчица впервые взглянула на него всерьез. И вернулась за стол. Вернулась за стол, села, чуть подавшись вперед и опираясь на локти.
- Хотите стать наследником первой очереди? - спросила сухо.
Он аж зажмурился и сжал зубы, так это было больно. Лучше бы она дала ему пощечину. Когда смог говорить, прокашлялся и сказал хрипло:
- А нет мысли, что могу хотеть оставить сыну половину того, что имею?
Она продолжала смотреть на него прищурившись. Потом сказала:
- Я никогда не дам согласия на проведение анализа ДНК. Попробуете что-то сделать в обход меня, я засужу вас. Не надо набиваться мальчику в отцы, это ничего не изменит. Он Муратов. На этом закончим.
Хорошо, он сдался на этом. Попробовал иначе.
