Автор
До того, как их не стало... Ангелина нервно ходила по светлому холлу клиники, в ожидании мужа. Здесь отсутствовали очереди и комфортные кресла для беременных, но она отказывалась пить чай с мятой. Тимур опаздывал, и Ангелина чувствовала себя непривычно одиноко. Она наблюдалась уже со третьей беременностью в этом центре медицинской помощи....
— Женись, на ком собрался! Пусть тебе любимая рожает наследников! Я тебе зачем?! Помнится, ты сказал, что не примешь меня, даже если умолять буду. Держи свое крепкое мужское слово.
Тимур стрельнул в меня нечитаемым взглядом, но настолько уверенным, что стало страшно. Мантуров — один из самых твердолобых мужчин на свете. Если он залез на танк, то не остановится, пока с землей не сравняет и напалмом не сожжет.
— Уезжай, — ногой топнула от бессилия. — Я не хочу больше… Ты не можешь меня заставить! — покачала головой.
Не может. Ведь правда же? Не дамся. Не позволю!
— Геля, — произнес чуть мягче, — я хочу узнать сына. Я хочу стать ему отцом. Мне не нужны скандалы. Мне нужна традиционная семья на год. Потом мы разведемся.
— То есть, ты хочешь, чтобы мы играли твою семью год?! — я от души расхохоталась. — Да пошел ты! — уйти хотела, но Тимур схватил меня за руку и впечатал в мощную грудь.
— Я тебя не отпускал, Геля…
Глава 10
Тимур
— Ангелина, нам придется поговорить, — я не собирался отпускать ее в настолько нестабильном состоянии.
— Руки убери, — упрямо дернулась. Я разжал ладонь, но если снова попытается убежать, запру в машине, пока не договоримся. — Я не буду изображать твою жену. Даже не надейся.
— Ты и есть моя жена, — снисходительно напомнил. — Это факт, с которым нужно смириться.
— Это ненадолго. Я обращусь к адвокату. Он докажет, что это ошибка системы, человеческий фактор и даже дьявольские происки! — Геля неожиданно привстала на носочки и произнесла практически мне в губы: — Я никогда больше не буду с тобой жить, Мантуров.
Мои губы дернулись в неком подобии улыбки. Ангелина, кажется, забыла, что меня сложно напугать и практически невозможно прогнуть. Практически — исключительно потому, что любимая женщина способна лаской даже стальной прут в бараний рог скрутить.
— Замерзла? — заметил, что кожа на оголенной полоске живота покрылась мурашками. В городе Сочи обычно темные ночи, но фонари светили исправно, а тени им подыгрывали, представляя красоту моей жены в самом выгодном свете.
— Можешь даже не утруждаться с алиментами. Просто оставь нас, — стояла на своем. Я тяжело и громко вздохнул. Я что, по-китайски говорю?!
— Давай сядем в машину, и я популярно объясню о твоих обязанностях и моих правах.
