Алина растерянно смотрит на родителей, которые внезапно решают о свадьбе для ее будущего брака. Не верится, что это возможно, но чувство нереальности только усиливается. Внутри у Алины разгорячается война между надеждой и отчаянием, заставляя не то смеяться, не то плакать от смеха и боли....
— Эмин, там Левана с огнестрельным привезли!
Прислушиваюсь к разговору, но дверь в комнату с грохотом захлопывается, и наступает тишина. Ноги не держат, и я голая сползаю по кафелю на пол, начиная рыдать. Во мне что-то обрывается с противным хрустом, вызывая истерику. Чувствую себя униженной и грязной. Между ног мокро и пульсирует, на теле горят его отпечатки, руки испачканы в сперме. Содрогаюсь от рыдания, ненавидя всех. Родителей, мужа, но в первую очередь себя – за то, что не смогла дать отпор и предотвратить то, что произошло.
Глава 17
Алина
Спала я плохо. Полночи рыдала и прислушивалась к голосам в коридоре. Что-то случилось. Леван ранен и, как я понимаю, его поместили в одну из спален. Еще полночи боялась, что явится муж и возьмет то, что не взял вечером. Но задремала до его прихода, проснулась, только когда Эмин уже одевался в гардеробе. Муж уезжает рано. Как только он покидает спальню, я прекращаю делать вид, что сплю, соскакивая с кровати.
Быстро принимаю душ, сушу волосы, небрежно собирая их вверх. Натягиваю на себя плотные колготки, поскольку на улице идет дождь. Спортивное платье с длинными рукавами и капюшоном, хватаю куртку, рюкзак и спускаюсь вниз. Эсма проносится мимо с подносом с едой, стреляя в меня черными глазами, словно я виновата, что встала на ее пути.
— Ведьма, — шепчу ей вслед. Прохожу на кухню, беру с собой питьевой йогурт, чтобы выпить его в машине. Я спешу в универ.
Закидываю в сумку яблоко, откручиваю крышку йогурта по пути в прихожую.
— Куда торопишься?
Вздрагиваю, замечая в столовой Эмина, спокойно пьющего кофе и листающего что-то в планшете.
— Не пожелаешь мужу доброго утра? — голос снова вкрадчивый, каждое слово – словно вызов мне.
— Доброе утро. Я опаздываю на первую пару.
— А, ну беги, раз опаздываешь, — удивительно спокойно отпускает меня.
Убегаю, наспех обуваюсь. Дождь накрапывает, но за зонтом возвращаться не хочется. Я больше не могу смотреть в глаза Эмину после вчерашнего. Накидываю капюшон и бегу к машине. Прежде чем сесть, оборачиваюсь на панорамные окна столовой и застываю на мгновение. Мое чудовище провожает меня взглядом. На минуту становится еще холоднее. Прячусь от его ледяного взгляда в машине и прошу водителя быстрее выезжать. Я боюсь оставаться с мужем наедине.
