Алина растерянно смотрит на родителей, которые внезапно решают о свадьбе для ее будущего брака. Не верится, что это возможно, но чувство нереальности только усиливается. Внутри у Алины разгорячается война между надеждой и отчаянием, заставляя не то смеяться, не то плакать от смеха и боли....
Нет, я не повелся. Я еду разрушить ее очередную иллюзию, раз и навсегда это пресечь.
* * *"
"— Хорошо, я смирилась с твоим браком, с твоей женой, будь она неладна! — истерит Инга. — Я прошу твоего внимания ко мне и нашему ребенку. Я не могу так жить, когда ты делаешь вид, что меня не существует, — снова рыдает, но ее слезы давно для меня обесценились, их слишком много. Инга падает на диван, закрывая лицо руками. На ней длинный бежевый халат в стиле «Голливуд». Прекрасная актриса. Долго готовилась к этой сцене?
— Да, Инга, ты прекрасно все понимаешь.
Прохожусь по комнате, отодвигая зеркальную дверцу бара в стенке, наливаю себе коньяка. Чертовски долгий день. Слишком много раздражающих факторов.
Устал.
Близок к точке кипения.
Если не выплесну все, что накопилось, – будет взрыв и выживут не все.
— Нет, это так не работает! — Инга вскидывает голову, смотря на меня с ненавистью. Ее раздражает моя непреклонность.
Ну извини, никогда не падал в ноги женщине и сейчас не собираюсь.
Выросла девочка, ожесточилась, но умнее, к сожалению, не стала.
— Если ты не принимаешь меня, ребенка тоже не будет. Я избавлюсь от него! — заявляет она.
Медленно подхожу к креслу, сажусь, делаю пару глотков коньяка, ловя ее взгляд.
Мне просто интересно, на что она рассчитывает?
Какие умозаключения творятся в ее голове?
Что я должен сейчас сделать?
— Тебя записать на прерывание беременности? Срок маленький, думаю, проблем не возникнет, — вынимаю телефон, открываю записную книжку в поисках номера врача.
— То есть ты готов убить своего ребёнка?! — в голосе паника и недоумение.
— Если его не хочет мать, то лучше ему не появляться на этот свет. На какое время тебя записывать? — вскидываю бровь, поднося телефон к уху. Да, я безжалостен. Никакого милосердия не будет. Инга должна это усвоить и уже прекратить спектакль, если не готова доигрывать до конца.
— Ни на какое! Прекрати! — снова падает на диван, утыкаясь лицом в подушки, начиная рыдать.
Сбрасываю звонок, пряча телефон в кармане. Допиваю коньяк, поднимаясь с места.
— Если ты решила дать жизнь этому ребенку, то возьми себя в руки. Прекрати истерить и выноси его здоровым. Все условия для этого я создал. Хочешь, могу тебя отправить отдохнуть, с разрешения врачей.
— Хочу! — всхлипывает. — Маму можно взять?
— Можно.
— И пополни мою карту, — просит она.
Усмехаюсь.
У всего есть своя цена.
