Автор
В этой книге повествуется о девушке Ане, после неудачной попытки вызвать беременность теряет надежду на счастливый исход отношений со своим парнем. Ане удается найти новую силу в лице врачей и новых друзей, которые помогают пережить тяжелую ситуацию и дать жизнь другим....
Жгучие соленые слезы нескончаемо льются из глаз. Я кричу в бессильном отчаянии сжимая зубами подушку.
Его бархатный голос лезвием проходит по нервам и мой крик переходит на самый настоящий вой раненой волчицы, лишившейся самого ценного — частички себя.
Осколки розовых очков больно режут глаза. Мир вокруг потерял краски, он стал серым и мрачным, таким же мертвым, как что-то внутри меня.
— Малыш, — Аслан сидит со мной с момента, как меня поместили в палату и утыкали капельницами, успокоительными уколами, накачали таблетками.
— Не трогай меня, — сорванный голос слушается с трудом. — Уходи отсюда, Ас. Не могу видеть тебя.
— Нет, Ань, я буду рядом, — настаивает мужчина, которого я считала своим миром.
— Не хочу. Уходи. Мне больно, — отворачиваюсь. Не могу смотреть на него. Закрывать глаза тоже не могу.
— Детка, это не обсуждается. Отсюда я уйду только вместе с тобой, — хорошо, что Аслан убрал руку. Мне даже дышать стало немного легче. Спорить не стану. Бесполезно. Лучше молчать и постараться расслабить тело, чтобы была возможность сделать полноценный вдох.
На тумбочке у кровати стоит трехлитровая банка с большим букетом нежнейших кремовых роз. От него до меня доносится приятный сладковатый аромат. Сосредоточилась на этом запахе. Заставляю себя глубже дышать: вдох через нос, выдох через рот.
В палату вошла женщина с подносом. На нем тарелки с какой-то едой и стакан сока.
— Спасибо, — Аслан забрал у нее все это и поставил на край тумбочки. — Девочка моя, надо поесть, — отрицательно кручу головой. — Тебе силы нужны, Ань."
"— Уходи, — повторяю одно и тоже. Слышу, как муж скрипит зубами и пальцами по стакану.
— Ну-ка, давай, — осторожно приподнимает за плечи, двигает выше подушку, а затем и меня, обхватив за талию, облокачивает на подобие мягкой спинки.
— Тебе то что? — стараюсь больше не плакать сегодня. Не получается. Аслан двигается ближе, накрывает ладонью мои, сжатые в кулаки.
