Автор
Ведьма Катюша пережила смерть мужа и сына семь лет назад. Теперь она готовится начать новую жизнь, найдя в себе силы вернуться из теней в свет. В воздухе пахнет апельсиновым соком от бутылок, напоминающим о том, что время продолжает шлифовать души и обновлять их потеплее. Катюша вздохнув, решает начать жить самой, заставляя жизнь снова зазвучать в деревне, где тишина еще недавно казалась гнетущей....
Очень нежно растирает вкруговую двумя пальцами вокруг клитора, и снова легкий удар, едва я начинаю стонать, рывком проникает пальцами внутрь влагалища, скалясь от возбуждения, когда мой рот открывается в стоне.
— На грани… на самом кончике лезвия… — вкрадчиво и сжимая пальцами твердую бусинку. — Держать тебя и знать, что ты в моей власти.
Резко открыл душ на всю мощность, и направил колючие струи на мои соски, и тут же вгрызся в них зубами, кусая самые кончики, и я дрожу, так сладко дрожу от напряжения и предвкушения.
Взял пятерней за лицо, продолжая сосать сосок сильнее, болезненно сильно.
— Сладкая, когда вот так сходишь с ума. Ты даже не представляешь, какая ты сейчас красивая."
"Головкой душа ведет по животу, по бедрам, вниз к промежности и, сжав пальцами одной руки клитор, направил другой рукой тонкую струю на самую вершинку и дико посмотрел мне в глаза, сильно сжимая пульсирующую набухшую бусину.
— Кончай и кричи. Громко кричи. Сейчас!
Сильно перекатывая клитор между пальцами, не переставая водит по моему лону струями воды и жадно всматриваться в мое раскрасневшееся лицо с широко открытым ртом.
— Кричи! Мне в горло! Кричи!
Хочууу… хочу безумно, кончить хочу. Тебя хочу. В себе. Всеми способами, которыми ты любишь меня доводить вот до такого состояния абсолютного исступления. До состояния абсолютного растворения меня в себе. Тебе нравится чувствовать меня под своей кожей? Потому что ты давно уже в моей, и меня трясет от этого ощущения. Меня скручивает и одновременно меня разматывает словно тряпичную куклу в разные стороны.
— Сергеееей!
Срываясь на шипение.
Глотая открытым ртом воздух. Убивает, продолжать убивать меня. Со стонами, с криками, когда впивается в сосок зубами. И струи воды словно раскаленная лава на коже заставляют содрогнуться снова. Заставляют глотать обжигающие слезы. Смотреть то на его стиснутые челюсти, то на сильное запястье на фоне стального душа.
И Приказ. Словно толчок двумя руками вниз. Полет в бездну. С громким криком, как он хотел. Взрываясь на сотни тысяч раскаленных капель оглушительного, сшибающего с ног оргазма.
