— У нас и поросенок на вертеле готовится — может, его?
— Да-да, давайте его, — тут оторвался от еды Фредерико, а потом, когда официант отошел, спросил: — Леди Кристин, почему вы на меня так странно смотрите?
Очень хотелось пошутить старой заезженной шуткой из моего мира про «лопнешь-отойди», но я сдержалась, вежливо заметив:
— Ваш аппетит пугает.
— Так я наедаюсь впрок. Графиня, к которой мы едем, славится страшнейшим меню. Говорят, после недели проживания у нее леди теряют половину веса, — искренне ответил Фредерико. — Поэтому семь порций и поросенок — самое то перед такой поездкой. Вы на меня так смотрите, словно мой аппетит — самое страшное, что вы видели в жизни. Неожиданно.
— Почему неожиданно? Ты хочешь сказать, что человека, который съедает в три раза больше своего веса, можно не бояться? — ухмыльнулся герцог.
— Я считаю, что девушка, которая отработала с тобой столько лет, братец, вообще ничего не должна бояться.
— Леди Крис, вы точно будете ночевать одна? — в который раз спросил герцог. — Вам же сказали, что здесь сегодня много подозрительных посетителей, вдруг кто-то ворвется сюда и попытается…
— Самоубиться об меня? — фыркнула я. — Вы не забыли про мою силу, Ваша Светлость?
— А если вы испугаетесь? Нервное потрясение, знаете, очень опасно для организма! — сказал герцог, продолжая топтаться на пороге моей комнаты.
— Вы думаете, что что-то способно меня потрясти больше, чем зверский аппетит вашего брата? Ваша Светлость, вот скажите честно, вам не страшно ночевать в соседней комнате рядом с ним? — спросила я, вспоминая, сколько умял Фредерико. Господи, это вообще реально впихнуть в себя? У герцога тоже неплохой аппетит, но тут было прям что-то из ряда вон. И официантка под конец вечера странно косилась на наш столик. Мне даже казалось, что посетители таверны разошлись не потому, что время позднее, а из опасений, что когда еда закончится…
— Почему мне должно быть страшно? — удивился герцог.
— Вдруг он проголодается, а поросят-то в таверне больше нет! Возьмет и вас сожрет, — мстительно сказала я. Что ж он все никак не уходит? Я не против компании герцога, но не могу же я при нем раздеваться и ложиться спать.
— Я вас понял, леди Крис. Если что — кричите обязательно, я тут же прибегу спасать.
— Меня не надо спасать.
— А кто сказал, что вас? Я буду спасать того глупого бедолагу, которому не повезет наткнуться на вашу магию, — ехидно улыбнулся герцог, а потом добавил: — Спокойных снов, леди Крис.
— Спокойных, — ответила я, закрывая за герцогом дверь на защелку. Тот постоял еще немного под дверью, сделал какое-то движение, отчего на двери появился защитный рисунок, но тут же исчез. Беспокоится — приятно, однако. И только потом я услышала, как шаги удаляются.