Попаданка оказывается в роли жены не вдомого герцога, с которым у нее возникают сложные отношения. Между ними назревает конфликт из-за его характера и обстоятельств их отношений. Придется справляться со странностями окружающих и собственными чувствами.
— А я тогда, между прочим, был не крупнее теленка, — фыркнул дракон, а от его дыхания трава на поляне пригнулась, как при сильном ветре. — И ты, Уитмор, как я помню, не спрашивал спокойно, не ем ли я людей.
— О да, — подхватил герцог. — Уитмор кричал и просил не есть его, потому что он худой и невкусный! А потом нырнул в озеро, надеясь спастись, и чуть не утонул.
— Точно-точно. Мне пришлось вылавливать его зубами…
— …отчего Уитмор благополучно рухнул в обморок. И этот человек говорит что-то о леди Крис! — Герцог осуждающе покачал головой.
— Так что было предметом спора, леди Крис? — Уитмор, как и всякий умный человек, перешел на другую тему.
— Существование драконов, — вздохнула я. — Я не думала, что они и впрямь в этом мире есть.
— А я тогда что? — обиженно спросил Фредерико.
— Массовая галлюцинация? — предположила я, а сама украдкой посмотрела в сторону герцога: кажется, за нашим разговором он забыл о предмете спора.
Уж больно хитро он улыбался. Да и вот это подмигивание… Но все же целовать при всех герцог либо не собирался, либо передумал.
— Ага, еще скажите, что нездоровая, — заржал дракон. Именно заржал: уж очень смех напоминал лошадь. Трехметровую такую и очень громкую. — Ладно, пока мы тут не договорились до чего-то еще более абсурдного, чем несуществование драконов, давайте уже полетим к нужному месту. Я остановлюсь где-то за километр до поместья.
— А нас не заметят? — поинтересовалась я. — Или драконы были неожиданностью только для меня, а все аристократы давно в курсе?
— Нет, не в курсе. Но нас не увидят. Я могу наложить иллюзию невидимости, — гордо возвестил дракон.
— Тогда почему бы не приземлиться рядом с замком? — удивилась я. — Зачем идти еще лишний километр?
— Потому что я немного не форме при превращении…
— Вам становится плохо? — я постаралась добавить в голос участия, хотя мне в упор представлялся дракон, которого очень сильно тошнит. Разумеется, после чудных предложений Его Светлости откусить кусочек от одного из бандитов.
— Нет, я всего лишь становлюсь голым, — покаялся дракон. — То есть я уже голый, а когда возвращаюсь в человеческое обличье, то одежда на мне не появляется. Предстать в таком виде прямо рядом с поместьем аристократа, где могут увидеть не только слуги, но и высокопоставленные люди, чревато…
— Особенно чревато будет, если леди Крис увидит тебя в чем мать родила. Не забудь перед превращением дождаться, когда леди Крис отвернется, — сказал герцог. Спокойно, размеренно, но угроза прямо повисла в воздухе.
