Автор
Вошел в дом как явный преступник — стучали в дверь отчаянно и непрерывно. Человек сомневался, что это гость или полиция, пока не осознал: шум исходит из его собственной охранной системы. Эта ночная инvasion стала началом невообразимого приключений в мире СИ, где каждый шаг может быть последним....
— Твой отец собрал на Булата полное досье. Он из хорошей семьи, только осиротел, к сожалению, рано.
— Я знаю, — пробормотала Гуля.
— Он сильный успешный мужчина. Он хороший доктор, это чистая правда. И это очень благородная профессия. Отец не отдал бы тебя плохому человеку. — Гульнара едва слышно фыркнула, а мама уверенно продолжила: — Если такой мужчина, как Булат, говорит, что берет тебя в жены, потому что хочет — значит, ты ему нужна. Как женщина. Значит, любит. Других причин быть не может.
Гульнаре осталось только закатить глаза.
В этот момент зазвонил телефон Гульнары, и это оказался предмет разговора матери и дочери.
— Привет.
— Привет. А ты где?
Ах этот прекрасный мужской вопрос!
— К маме заехала.
— Понятно. Я тебя заберу.
Еще одна прекрасная мужская фраза!
— Спасибо, но я на машине.
Последовала пауза.
— Хорошо. Жду тебя дома. Передавай привет Танзиле Ильмановне.
— Да?
— Не задерживайся слишком. Пожалуйста.
Гульнара отложила телефон.
— Что, Булат переживает, где ты?
— Да.
— Ну вот, какие тебе еще нужны доказательства?
Гульнара снова закатила глаза.
— А, может, это признаки абьюзивного поведения? Тотальный контроль и ограничение личной свободы?
Гуля сказала это просто из какого-то детского чувства противоречия. Но мама на ее подначку не поддалась. Она встала и принялась наливать чай.
— Я таких слов не знаю. А если мужчине все равно, где его женщина, то или он — не мужчина, или она — не его женщина.
Нет, с мамой очень трудно спорить!
— Булат передавал тебе привет.
— И мать жены уважает! — мама поставила чашки на стол. — Что это, если не любовь?
Нет, с мамой спорить попросту невозможно!
***Булат встречал ее у дверей.
— Что это у тебя? — он забрал из рук Гульнары объемистый пакет.
— Мама передала тебе.
— Что передала?
Гульнара вздохнула."
"— Еды. Термос с лагманом, кутабы, кюфта. Все для любимого зятя.
Бровь Булата выразительно поползла вверх.
— Ого. Это кстати. Я не ужинал, тебя ждал.
Гульнара хотела сказать, что в этом не было никакой необходимости — не ужинать без нее. А потом к ней пришло воспоминание из детства — что мама никогда не ужинала без отца. Их с братом кормила, если было уже поздно, отправляла спать. А сама ждала отца. Во сколько бы он ни пришел домой. Это казалось Гуле ненормальным. Но то, что Булат не ужинал без нее, казалось еще более ненормальным.
