– Вот сейчас вы меня реально испугали, – вздрогнул Гаврилов. – Надеюсь, вы не всей толпой на меня охотились, решив, что я бросаю женщин за борт?
– Ха-ха, – оценила его юмор Вероника. И тут же поделилась: – Я плыву с родителями жениха и другими его родственниками. – Страх схлынул, а язык неожиданно развязался. Почему-то этот незнакомый тип действовал на нее как добрый глоток водки, из-за которого все вокруг делается ярким и удивительным. Наверное, это его глубокий и низкий голос виноват. Таким голосом можно заманивать агнцев в преисподнюю.
– Вы плывете с родителями жениха, – заинтересовался Гаврилов. – А где же сам жених?
– Ну… Пока что он не со мной. По правде сказать, это долгая и запутанная история. А мне, к сожалению, уже пора.
– После всего, что между нами произошло, вы просто встанете и уйдете? – поразился Гаврилов.
– Я же не ради развлечения к вам подошла, а по делу, – напомнила Вероника, стараясь не смотреть ему в глаза. Мужчины, способные смутить ее взглядом, встречались редко, но Гаврилов, кажется, был как раз из их компании.
– Может быть, обменяемся телефонами? – спросил он, наблюдая за тем, как она засовывает блокнот в сумочку. – Вдруг вам снова захочется сфотографировать какую-нибудь часть моего тела? И вообще… Я вам что, не понравился?
– Очень понравились. Но лучше оставайтесь моим прекрасным воспоминанием.
– Что ж, – Гаврилов как настоящий джентльмен поднялся на ноги и улыбнулся той скупой улыбкой, которая всегда попадает в самое сердце мишени. – Круиз только начался. А вы, судя по всему, способны отыскать меня и без телефона.
Возвратившись на верхнюю палубу, Вероника долго стояла возле поручней, глядя на раскинувшийся перед ней остров. Она думала, что «Золотая принцесса» будет долго и величественно швартоваться в порту, но та встала на якорь довольно далеко от берега. На воду с правого и левого борта спустили катамараны, которые уже начали переправлять туристов на сушу. Глядя на то, как маленькие проворные суденышки бегут в порт и возвращаются обратно, Вероника вздохнула. Выбросить бы сейчас из головы все страхи и опасения! Не вляпайся она в историю, могла бы и сама отправиться в какое-нибудь чудесное путешествие. Не то чтобы ей никогда не приходило в голову пересечь границу и повидать мир. Просто глубоко в ее сердце притаился страх пойти по стопам родителей и поддаться очарованию вечных странствий. Ведь не просто так она стала журналисткой и то и дело переезжала с места на место. Наверное, какой-то неугомонный ген заставлял ее пускаться в путь. Впрочем, скитания по родной стране не казались ей такими уж экстремальными. «Признайся, отправляясь в очередную командировку, ты всегда чувствовала себя, как коза на привязи, – сказала сама себе Вероника.