Молодая мать вынуждена бежать из дома своего жестокого покровителя, чтобы спасти дочь. Но Глеб Агурский не намерен отпустить её просто так. Героине предстоит пережить опасную игру, где на кону стоит жизнь и свобода её ребёнка. Захватывающий роман о выживании, силе материнской любви и борьбе...
Морщит лицо и ожесточенно трет его. – Что случилось, Аня? Откуда такая смена настроения? В чем причины?
- Все нормально, Глеб Александрович, - замечаю тихо. – Погостили у вас. Пора домой. Думаю, нам с вами не по пути. Вы попытались помочь нам. Но ничего путного не вышло. И не выйдет…
- Это еще почему? – рычит он и аж подпрыгивает в кресле. – Чем я тебе не угодил? Ботинки не понравились?
- Красивые, - киваю я, мысленно сожалея, что попросила Марфу отнести подарок в комнату Глеба. – Но я не могу принять их. Простите. И остаться тут тоже не могу. И выйти за вас замуж.
- Почему? – гаркает он, не сдерживаясь. Лицо перекашивает от гнева.
- Не хочу, - бросаю отрывисто и, поднявшись, собираюсь выйти из комнаты. Но Глеб догоняет и, молниеносно схватив за руку, тянет к себе. Пытаюсь освободиться, но не получается. Мы словно танцуем с Агурским. И танец этот, злой и разрушительный, никому не приносит счастья.
- Аня, - шепчет Глеб, обнимая меня. – Ну что случилось, девочка? Мы же утром общались нормально. И вчера договорились обо всем. Что на тебя нашло?
Губы Агурского быстро бегут по моему лицу, вытирая дорожки слез. Спускаются ниже, на шею и ключицы.
- Пожалуйста, отпустите меня, - шепчу, пытаясь просунуть между нами локоть. Но Глеб не позволяет мне этого. Аккуратно впечатывает в стену и, нависнув надо мной, шепчет с придыханием.
- Говори, Анечка. Говори.
- Что? – лепечу я, пугаясь реакции Глеба.
- Что тебе наплел Роберт? Какое говно влил в уши? Говори…
Жаркое дыхание обжигает мочку уха и щеку. А хриплый настойчивый голос бередит душу, заставляя подчиниться.
- Аня, - требует Глеб, чуть навалившись. Ведет пальцами по щеке, затем по шее. Простые незатейливые движения разгоняют кровь, заставляя сердце биться чаще. Пробуждая давно забытые чувства.
Каково это – желать мужчину?
- Глеб, - прошу из последних сил. – Отпусти, пожалуйста.
- Обойдешься, - не уступает он. – Ты же хотела множественных оргазмов. Думала меня испугать? Этот пункт меня устраивает… Остальные готов обсуждать. Только давай сначала выясним, что случилось с твоим настроением?
Смотрю в проницательные серые глаза и пропадаю.
- Мои друзья подозревают вас, Глеб Александрович, - выдыхаю на одном порыве. – Стелла считает, что вы контролируете мой телефон. Она говорит, что писала мне, и ваш телефон пиликал, когда от нее ко мне приходило сообщение.
- Что? – Агурский смотрит непонимающе. – Бред какой-то! Глеб Агурский похитил ГЛОНАСС и использует в личных целях.
