— Что же это за контролеры такие?
— Сейчас это не важно. Кравчук скрылся. А с ним — и еще один подельник Березина, полковник Рыбкин Сергей Сергеевич.
— Что с семьями предателей?
— Они в Москве. И жены, и взрослые дети утверждают, что понятия не имеют, чем, кроме службы, занимались их мужья и отцы. Как и то, на какие деньги оба отгрохали себе по огромному особняку недалеко от Москвы, стоимостью по три миллиона долларов каждый.
— Неплохо… Да, оружие ценный товар, за него платят много. И что теперь, Александр Владимирович?"
"Седов бросил на землю и затоптал выкуренный до фильтра окурок.
— Перед самым прилетом отряда на меня выходил Белоногов. Службе внешней разведки удалось — уж как, не имею представления, — выйти на след предателей.
— Это уже лучше. И куда ведет след?
— Сюда, Валера.
— В смысле? В Айни?
— Нет. Я имею в виду Таджикистан.
— Предатели бежали в страну, где спецслужбы разгромили их главного бывшего покупателя?
— По данным СВР — да.
— Надеюсь, не в Гермабад?
— Нет. По данным внешней разведки, генерал Кравчук и полковник Рыбкин находятся в селении Карадорак, что в тридцати километрах на запад от Душанбе, в доме или усадьбе некоего местного довольно крупного предпринимателя Салмона Набиева.
— Откуда Кравчук знает этого Набиева?
— Во время войны в Афганистане прапорщик Салмон Набиев служил в подчинении Кравчука, — начал объяснять Трепанов. — Все два года они были вместе. Поддерживали отношения и после войны. Набиев уволился из армии еще до развала Союза и обосновался в Карадораке механиком колхоза.
После объявления Таджикистаном независимости Набиев не ввязался в гражданскую войну. Он прибрал к рукам то, что осталось от распущенного колхоза, и, как только обстановка в стране более-менее стабилизировалась, создал на базе колхоза животноводческий кооператив. Впрочем, ни о какой кооперации речи быть не может, так как всем — от зданий, пастбищ, оборудования, коммуникаций до собственно скота — владеет лично Набиев. Жители же Карадорака являются, по сути, его батраками.
Седов задумчиво проговорил:
— Да, укрытие надежное… При условии, что Набиев реально захочет принять у себя лиц, за которыми охотится российская служба безопасности. Он не может не знать, чем это грозит и его бизнесу, и ему лично.
— Ты прав, — согласился Трепанов, — но…
Тут из автобуса донесся голос капитана Коновалова:
— Прошу прощения, товарищ полковник, мы еще долго будем сидеть в автобусе? Знаете ли, в салоне как в бане.
