О чём книга «Неадекват»
Свихнувшийся уголовник Мако ищет проститутку Аделию, чтобы решить свои проблемы. Встреча с ней открывает новую цепь событий, полных опасности и мрачных интриг. Перед ним встает конфликт между выживанием и темными связями.

Автор
Свихнувшийся уголовник Мако ищет проститутку Аделию, чтобы решить свои проблемы. Встреча с ней открывает новую цепь событий, полных опасности и мрачных интриг. Перед ним встает конфликт между выживанием и темными связями.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Неадекват»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Свихнувшийся уголовник Мако ищет проститутку Аделию, чтобы решить свои проблемы. Встреча с ней открывает новую цепь событий, полных опасности и мрачных интриг. Перед ним встает конфликт между выживанием и темными связями.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Александр Пиралов Легкое чтение Детективы Триллеры Современная проза подборки серии
Свихнувшийся уголовник Мако ищет проститутку Аделию, чтобы решить свои проблемы. Встреча с ней открывает новую цепь событий, полных опасности и мрачных интриг. Перед ним встает конфликт между выживанием и темными связями.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вспоминаю простейшую суть забавы, и сердце отчего-то щемит…
Штурман экипажа задает цвет. Остальные, пялясь в окна, лихорадочно ищут нечто указанное. Вариантов может быть много. Командир – он же начальник экспедиции – определяет, какой из вариантов интереснее. Я почти всегда проигрываю, потому что «белая волга» куда скучнее «дохлого белого голубя»…
Сейчас, встретившись с черным Себастианом, обреченно понимаю, что снова в игре.
Я черный плащ опереточного злодея, бесстыдно манящий подкладом, словно приоткрытое женское естество. Я смерть, каковой ее воспринимает большинство людей.
Санжар, Эдик, Чума, Пашок, Марина и старуха сидят на своих койках, глядя на меня с молчаливым укором. Затем старший слуга говорит:
– Больше так не делай. – Встает, покидает закуток и подходит к столу с едой. – Давайте ужинать.
Удивляюсь сам себе, но сплю крепко, без сновидений.
В голове и душе пусто, будто прошел ураган. На тумбочке – аккуратно сложенная стопка одежды из секонд-хенда. Футболки, домашние штаны, шарф, кепка и вязаная шапка, носки. В запечатанной упаковке новые трусы, пар десять. Рядом полотенце, зубная щетка и паста, бритвенный станок, мыло и упаковка туалетной бумаги.
Сигнал побудки еще звучит. Но Санжар уже сидит на соседней – пустой – кровати, наблюдая за моим пробуждением.
Словно ничего не произошло.
А что, собственно, произошло?
– Сегодня работаем по дому, – говорит он, поверх моего плеча посматривая на занавеску Эдика. – Чистим паркет и сжигаем мусор.
Я не отвечаю. Отправляюсь умываться.
Долго, с чуждым медлительным упоением скребу лицо бритвой. Размышляю.
Мне никто не угрожал. Никто не приковывал цепью к батарее центрального отопления. Не вырывал ногти и не отбирал паспорт. Меня готовы кормить, поить и обеспечивать работой. Почему же тогда звук захлопнувшейся ловушки до сих пор стоит у меня в ушах?
Чищу зубы, умываюсь. Рядом шумит водой Пашок. Даже не пытается начать разговор, что совершенно устраивает обоих. Из кабинки унитаза слышно смешливое бормотание Чумы – он читает анекдоты на последней странице газеты. Когда возвращаюсь в жилой блок, казах все еще на прежнем месте.
– Кто такой Себастиан? – спрашиваю я, словно возобновляю прерванный разговор.
– Гитлер-то? Друг семьи, – отвечает тот. С места не сдвигается, смотрит снизу вверх. – Немец вроде. По-нашему почти не понимает, даже не пытайся. Он тут вроде как за телохранителя.
– И сторожа, – добавляет Чумаков из-за моей спины. На нем спортивные штаны и знакомая майка, под мышкой зажата газета, зачесанные волосы растрепались. – Лучше не зли…
Мы с Чумой начинаем одеваться. Санжар все еще неподвижен.
– Знаешь, – вдруг выдает он, будто только этого и ждал, – у меня в Алматы друг жил, Казтуган. Химик от рождения.