Солдатик потерял все: жизнь, семью и самое ценное – веру в честность судьбы. Теперь он работает букмекером, но каждый ставок вызывает подозрения на собственном психологическом поле. Путешествие через игру и жестокий мир спорта становится последним шансом найти смысл во всем этом хаосе. Небо без нас – это драма о том, как человек устает от игры и пытается вернуться к человеческому облику в мире ставок и разочарований....
Как финиш, к которому бежишь изо всех сил, понимая, конец мучениям.
Погода портилась. Начмед говорил, неделя между Всплесками. Хотя не факт. Может и через день накатить, да так, что мало не покажется.
Просто, еще одна возможность умереть. Цепочка угроз преследовала меня с самого колхоза, утомила. Нет, странное дело, я не раскис, и рухнуть на землю в истерике мысли не возникало. Я встряхнул головой, брызги полетели во все стороны. Точно, как мокрая псина. Здоровая, голодная, злая псина, которая давит волков.
Еще один патрон полетел в Топи. И еще…
Я остановился. Соглядатаи же приблизились, встали по бокам.
– Слышите?
– Слышим, не глухие, – ответил Чес.
Звуки выстрелов, на самом пороге слышимости. Дельный достал размокшую картонку.
– Мы тут уже ходили с Чесом. Вот там Южный Холм. Видимо напала стая кабанов, вот и отстреливаются.
– Угу. Вот оттуда мы и двинули к вашему колхозу. За Крадуном, мать его… – Чес запнулся, – чтобы жила хорошо.
Не надо ругаться на мать. Зачем оскорблять человека?
– Так нам туда? – удивился я.
– Нет, нам туда как раз не надо. Нам надо вглубь, не доходя до Церквушки свернуть, и в Топи. Там домик есть, туда мы и отправили нашего солдатика.
Я запутался.
– Билет это и есть солдат?
– Да, – спокойно разъяснил Дельный, – а как по-другому пройти ваш блокпост? С вашим новым командиром тяжело торговаться. Все связи порубил. Не дельный он, вояка простой.
Я вспомнил Трофимыча и крайне удивился. На него, что, закон не распространялся? Или он особенный?
– Угу, – продолжил за него Чес, – Крадун рванул на блокпост, а вот солдатик… Типа отказался.
Странно, он даже прекратил ругаться. Что же получается, мы уже у точки, совсем рядом? Значит, наш безумный бег по болотам заканчивается. И это плохо. Я понял, на руках у меня нет больше козырей, одни шестерки. Тут они знают куда идти и Кузьма им уже не нужен.
Я постарался спокойно продолжить разговор.
– А этот, который в «разрядке» сгорел?
– Бандит, но не наш, – ответил Чес.
Да, тот, кого вы не похоронили, хотел добавить, но жизнь научила простому правилу – держать язык за зубами. Унылого тоже оставили под темным небом. Говорят, некоторые животные прикрывают ветками и землей умерших, оказывается, мы хуже них.
– А чего такая странная кличка у сталкера? Крадун.
