Солдатик потерял все: жизнь, семью и самое ценное – веру в честность судьбы. Теперь он работает букмекером, но каждый ставок вызывает подозрения на собственном психологическом поле. Путешествие через игру и жестокий мир спорта становится последним шансом найти смысл во всем этом хаосе. Небо без нас – это драма о том, как человек устает от игры и пытается вернуться к человеческому облику в мире ставок и разочарований....
Лейкопластырь с одного края отлипал, и он постоянно пытался присобачить его на место.
Чес остановился.
– Чего там, дезертирчик?
– Непонятный кусок земли, – ответил я.
Дельный проявил смелость, обошел партнеров и стал рядом.
– Теперь куда?
– Не знаю, – честно ответил я и добавил: – болт надо кинуть.
– Перекур, – вальяжно сообщил Чес. Достал сигарету, закурил. Я заметил, в походе он вперед не лезет, даже на словах. Отдает инициативу Дельному. Тот задумался, и сказал:
– Кузьма, я тебе расскажу про стаю волков.
– Вот как вас, двоих, – перебил его Чес и пустил в нашу сторону дым. Унылый похлопал себя по карманам, нашел помятую пачку. Достал сломанную сигарету, постарался скрутить ее в одно целое. С горем пополам получилось. Он недовольно отреагировал на слова Чеса, однако приблизился к нему.
– Закурить хочу, – сказал он.
– Хоти дальше, – ответил Чес.
Дельный же продолжил говорить, сделав вид, что не заметил ремарки.
– Попадешь в аномалию или под пули, тебя не жалко. Твоя задача облегчить нам путь. В середине стаи – главный матерый, который положит всех врагов. Если успеет до вашей смерти, нет – извини.
Чес докурил за несколько тяг, бросил в коричневую траву бычок и ткнул Унылого:
– С повышением тебя. Давай, веди овцу, а то замерзнем в этом тумане.
Тот попытался повторить затяги бандита в плаще, поперхнулся и закашлял.
Хотя на языке вертелось другое, я спросил Дельного:
– Замыкающий, он в иерархии какое место занимает? Тоже, как и я?
Тот на оскорбление не повелся, ответил:
– В конце идет вожак стаи, который координирует и регулирует.
Чес оторопел:
– Чё?! С какого перепугу ты главный?!
Дельный, не меняя выражения лица, ответил:
– Ты ж с двумя автоматами, значит в стае, ты самый сильный волк.
– Так самый сильный, значит и самый главный, – с угрозой произнес Чес.
Унылый толкнул меня, намекая, двинули быстрее от разборок старших.
– Конечно, так и есть, – ответил торговец.
– То-то, – сказал удовлетворенно Чес и клацнул затвором.
