Небо над бездной — читать онлайн бесплатно полностью

Не из тех, что удобно преподнести толпе, но для внутреннего круга, для своих это отличный способ влияния, шантажа. А для толпы как раз подойдет слух о сифилисе», — думал профессор, пока автомобиль трясся по разбитой мостовой.

Еще недавно ничего, кроме отвращения, профессор к этому маленькому коренастому господинчику Владимиру Ильичу Ульянову не чувствовал.

Ленин символизировал гибель России. Злодей, оголтелый лжец, ничтожество с манией величия, инфернальный циник. Все это о нем, и все это справедливо. В русском языке найдется немало бранных слов, на любой вкус. Можно обожраться, упиться, захлебнуться бранью. Да что толку?

— Почему безвестному эмигранту, вождю кучки экстремистов, удалось так легко осуществить свой гигантский замысел? Знавшие его в эмиграции рассказывали: еще в январе семнадцатого он даже не помышлял об этом, твердил, что вводить социализм в России было бы величайшей нелепостью, его надо только проповедовать. Но уж пятый год Ленин правит Россией. Образовавшийся хаос называется социализмом. Хороша проповедь! Власть маленького вождя держится на озверении, одичании, на низведении человека к уровню обезьяны. Вот вам и Дарвин, господа! Может, Дарвин виноват? Или Маркс? Немцы, щедро оплатившие большевистский переворот? Англичане и французы, втянувшие Россию в ненужную ей войну, потом предавшие, бросившие на произвол судьбы белую армию? Латыши со своими беспощадными стрелками? Поляки, евреи? Расстрелянный император? Студенты? Интеллигенция?

Михаил Владимирович заметил, что бормочет вслух этот странный, отчаянный монолог, лишь когда автомобиль подкинуло на ухабе и он едва не откусил себе кончик языка. Испугался, потом засмеялся, вспомнив, как Таня пересказывала утром трамвайный диалог двух мужичков, молодого и старого. Молодой говорил, что ему точно известно, скоро французы и англичане придут нас освобождать от большевиков. Старый с ним спорил, уверял, что освободят немцы. Немец давно уж нами правит, цари, царицы все немцы были. Молодой возразил, что и Ленин немец, а потому освободят англичане с французами. Кончилось тем, что какая-то баба шепнула им: «Тише, вы, умники, ишь, разболтались! В Чеку захотели?»

Мужички замолчали, стали испуганно озираться, хлопать глазами.

— А может, мы со своей наивной и такой удобной убежденностью, будто кто-то чужой нами правит и чужой во всем виноват, и чужой придет освобождать, заслужили то, что сейчас имеем? — пробормотал Михаил Владимирович. — Глупо винить во всем одного Ленина. Тем более теперь, когда он слабеет и свора сподвижников готовится загрызть его.

Он жалел Ленина, хотя бы потому, что всегда был на стороне пациента. В силу профессии или характера Михаил Владимирович относился ко всякому человеческому страданию с жалостью и уважением.