Автор
Даша Васильева решает узнать правду об исчезновении писательницы Милады Смоляковой. Чтобы раскрыть тайну, она нанимается прислугой в дом Смоляковой и начинает собственное расследование. Каждая новая улика приближает ее к опасной истине, которая может стоить ей жизни.
– Может, вы и правы – прямо надо? А я все вокруг да около хожу…
– Так вы того… – стала запинаться я, – не того?..
– Он недотепа, – недовольно пояснила Ира, – как ни подкатываюсь, ничего!"
"Я растерянно начала накручивать прядь волос на палец. Нет, одной газонокосилкой, пусть даже с сиденьем, не обойтись. Придется еще разориться на кусты, причем на розы. Я их не люблю, а Иван давно мечтает посадить на участке… Да, неудобная ситуация…
– Дарь Иванна! – донесся снизу вопль Ивана. – Ира! Вы где?
– Иду, иду! – сладко запела я. – Уже спускаюсь. Ирочка, пошли, нас зовут.
Домработница скривилась, хмыкнула, но последовала за мной.
Иван обнаружился на кухне, и выглядел он самым диковинным образом. Тело садовника туго облегал пиджак, под ним виднелась белая футболка, на которую с голой шеи мужчины спускался короткий галстук с немодно большим узлом. Нижняя часть туловища садовника, правда, не претерпела никаких изменений, – на Ване так и остались порванные, довольно грязные джинсы. От Ивана удушливо пахло одеколоном и мятной жвачкой, в руках он держал нечто, похожее на засохший еще на Рождество букет.
Мы с Иркой замерли на пороге.
– Дарь Иванна, – торжественно начал Ваня, – я того, самого, мозгами покрутил и решил. Уж коли ал… ам… антернативы…
– Альтернативы, – машинально поправила я.
Ирка дернула меня за руку:
– Не мешайте, пусть говорит.
– Если альтернамативы, – как мог, справился с трудным словом Иван, – всего две, то пусть по-вашему. Женюсь! Ясное дело, ребеночка воспитать можно, я не против. Но, если его… ну… того, то совсем хорошо. Согласен. Во!
И он протянул мне сухие стебли.
– Это что? – машинально спросила я.
– Бессмертник, – пояснил Иван, – не рвать же хорошие цветы для ерундового дела.
– Так ты Дарь Иванну замуж зовешь? – звонко спросила Ирка.
Ваня вздрогнул.
– Упаси бог! Вот ужас-то!
Мне не слишком понравилась его реакция на вопрос Иры. Почему это представить меня в качестве жены – ужас?
– Тебя, конечно, – довершил фразу садовник, поворачиваясь к Ирке. – Давай уж распишемся, раз Дарь Иванне приспичило. А то меня вытурят.
Я зажмурилась. Ну, сейчас начнется!
Ирка широко распахнула глаза, покраснела, потом выхватила из лопатообразной ладони Вани кладбищенские цветы, швырнула их на пол и звонко заявила:
– Офонарел? Чтобы я за тебя замуж?
– Дык Дарь Иванна велит, – напомнил садовник.
– Это она тебе приказала, не мне!
– Ну… не понимаю, – растерянно протянул Ваня.
