Волшебный мир, где воины-клинки связаны магическими узами с теми, кого они защищают. В эпоху, когда власть узов ослабевает, герои должны найти способ спасти древний порядок от разрушения и предотвратить катастрофу, грозящую всему королевству.
После этого замечания последовала получасовая лекция о добродетелях командира. Все это она уже слышала, но поверила только теперь. По крайней мере в некоторых вопросах. Никто не может быть настолько хорошим.
— Кто убил Кроммана?
— Не знаю, ваша светлость.
— Почему — слишком много претендентов?
Пьерс бросил на нее косой взгляд.
— Только те, кто знал Волкоклыка.
Третья лошадь, четвертая, пятая… Малинда вся взмокла и еще месяц не сможет сидеть; едва миновал полдень, а глаза уже слипались — впору щепки вставлять. Диана зевала, хотя половину ночи провела в постели. Во Флескбери целых две почтовые станции не смогли обеспечить нужное число лошадей.
— Придется некоторых оставить, ваша светлость, — сказал Пьерс. — Или сделать паузу. Это неплохая гостиница, миледи. Вы сможете прилечь и отдохнуть…
— Седлайте чертовых коней!
— Миледи, нельзя все время так гнать. Это несерьезное пари!
— Зато я очень серьезна. Поехали.
Семеро задержались в гостинице, чтобы потом нагнать, а остальные поскакали вперед.
Поля и пастбища, сады и леса — прежде ей не приходилось забираться так далеко на запад. Она с удивлением узнала, что Айронхолл находился на пути к Мэйшеру, и поэтому кузен Кортни поедет следом по Большому Западному Тракту несколькими часами позже. Он едва ли отправится в путь к полудню.
Малинда скакала рядом с кем-нибудь из солдат, разговаривала, расспрашивала про Айронхолл и про подробности странной полумонастырской жизни, которую там вели, о необычных традициях и о самом ритуале единения Узами. День катился к закату, и веселое настроение уступало место задумчивости и утомлению. В отличие от нее, Клинки не страдали от недосыпания, и никто из них не устал, ибо они не зря славились своей выносливостью.
Малинда спросила Аландейла, ездил ли он после связывания в Айронхолл.
— Нет, миледи. Приезд своих становится большим событием. Мы хвастаем перед младшими и болтаем о женщинах — это входит в многовековую традицию.
По лицу его было видно, что на этот раз обойдется без рассказов о похождениях. Чувство вины полностью поглотило Клинков.
— Там наверняка слышали про резню.
— Только в общем виде.
— А им обязательно знать подробности? — спросила она, вспомнив поддельный отчет Совета. — Почему бы просто не сообщить официальную версию, пусть бы бельцы всех поубивали.
— Исключено.
В одном слове прозвучало столько боли, что хватило бы на целую тюрьму. Ясно, что брат не может лгать брату.
Не самое подходящее время для набора новых Клинков.
