Исполинах на плечах и колотя каблуками по каменному полу, звенели металлические кольца их брони. Атмосфера в зале Знамен Бастиона была мрачной и напряженной, словно древний коровник под грубым слоем извилистых камней. Камины вспыхивали жарким пламенем, развеваясь белыми туманными колечками дыма, создавая еще большее ощущение уюта и тепла в этом холодном месте....
Насколько Малинда знала, у него вообще не было ни короткого плаща, ни камзола, ни куртки, ни кружевной рубашки… Тем не менее художнику удалось в совершенстве передать его таинственную улыбку, выдающую ум — или даже хитрость… Фюрбьорн возьмет, что ему нужно, силой, как говорит Радгар, Зигфрид с помощью обаяния, а Этельгар попросту докажет, что является законным владельцем. На боку у него висел не меч, а рапира джентльмена — рапира шивиальского джентльмена.
Так почему же они сейчас посвятили мать? Она едва не испепелила младшего сына гневным королевским взором.
— Это отец подбил вас!"
"Зигфрид Радгаринг воплощал саму невинность.
— Подбил на что, мама? Тебе не нравятся портреты?
Малинда уставилась на открытую дверь, ведущую в спальни.
— Радгар!
Тот вышел с многозначительной улыбкой на губах, подошел ближе, как будто собирался обнять жену, но та подалась в сторону.
— Объясни!
Он передернул плечами.
— Их сделали для твоего отца.
Эта фраза тоже вышла многозначительной. Первый месяц взбаламутил океан, словно котел с супом.
— Разве не стоило посоветоваться со мной?
— Двадцать лет назад ты не хотела ничего о нем слышать.
Неужели это было так давно? Да, пожалуй. Годы милосердно обошлись с Радгаром Эйледингом. В его бороде сверкало всего несколько серебряных волосков; он уже почти перевалил за полусотню, но выглядел моложе лет на десять.
За всю историю ни один король не правил Бельмарком так долго, и даже пышущие огнем юнцы из компании Этельгара не рисковали сразиться с государем айронхоллской закалки.
— Но я никогда не обещал сам ничего про него не знать, да? Я должен следить за всем, что происходит в Шивиале.
Она поежилась от холода и придвинулась ближе к огню.
— И что там происходит?
Конечно, она не могла совсем ничего не знать. Диана регулярно писала — баронесса Диана, с тех пор как Бандит стал шерифом Уотерби — и по-прежнему производила на свет детей одного за другим, не выказывая ни малейшего желания передохнуть.
— Он хотел посмотреть на внуков. Дюрандаль прислал художника.
— И хорошего, — признала Малинда. — А эта куча слизи еще там крутится, да?
— Роланд? Да, все еще канцлер… ну, был им.
