Исполинах на плечах и колотя каблуками по каменному полу, звенели металлические кольца их брони. Атмосфера в зале Знамен Бастиона была мрачной и напряженной, словно древний коровник под грубым слоем извилистых камней. Камины вспыхивали жарким пламенем, развеваясь белыми туманными колечками дыма, создавая еще большее ощущение уюта и тепла в этом холодном месте....
Дождь смешал все карты: принцесса опоздала, люди кричали и суетились. Она заметила, как позади вырос фейн Леофрик, почувствовала ненавидящий рыбий взгляд секретаря Кроммана — как эта гнусь попала на свадьбу? — циничную усмешку толстяка Кортни, который перед церемонией подарил ей гигантский бриллиант. Где-то среди волнения и суматохи услышала кашель маленького Амби.
С его-то простудой? На этом болоте? Забыв о протоколе, Малинда растолкала толпу.
— Пропустите меня! Прочь с дороги! Пропустите!
Затертый коленями взрослых малыш с посиневшим личиком робко держался за палец своей няньки.
Малинда огляделась.
— Отец? Ваше величество?
Его по-прежнему не было видно. Шум все возрастал, где-то трубили рога, мимо проскакал отряд конников, сотрясая землю.
— Что-то не так, ваше высочество? — послышался тихий, вкрадчивый голос лорда Роланда.
Наверное, он следил за ней.
— Мальчик болен! Ему нужно в постель. Лекари…
— Конечно. Позвольте мне этим заняться. Кровоклык!
От такого командного тона даже столетний дуб подпрыгнул бы.
— Ваша светлость?
Кровоклык не отличался особо острым умом и по этой причине нередко охранял трехлетнего малыша.
— Проводите принца и его свиту в замок и проследите, чтобы его высочество осмотрел лекарь.
— До свидания, Амби! — прошептала Малинда, передавая братишку Клинку.
— Ваше высочество, — сказал фейн Леофрик, — вас вызывает ваш венценосный отец.
— Что?
Она растерянно оглянулась: вокруг толпились бароны, виконты, графы, маркизы, герцоги, члены правительства, высокопоставленные военные, консулы и послы — конечно, в сопровождении супруг, — и все хотели поцеловать ей руку, пожелать доброго пути и попрощаться. Какая глупость! Она взяла фейна под локоть.
— Пойдемте.
Они спустились с помоста на мокрую траву, прямо под проливной дождь.
— Фейн! Мы договорились, что никто из твоих людей не ступит на мою землю.
Леофрик обвел единственным глазом раскинувшуюся внизу картину.
— Ну, сир, все зависит от того, что называть «землей».
