Автор
Полосы света лениво лежали на траве, убаюкивая березовые ветви, словно белые шелковые занавески. Лида вспомнила рассказы своей няни о русалках — эти женщины-волшебницы весело веселились на ветвях в Русальную неделю, пилича свет и луну своим чародейным шепотом... Однако сегодняшнее утро не принесло ни опасностей, ни диковинок. Лида была просто там, где должна быть, ничем не выделяясь среди других....
Однако чтобы сороки вот так парили прямо над землей, да еще вертя при этом головами с превеликим любопытством, Лиде видеть еще не приходилось.
– Пошла прочь, сила нечистая! – закричала Феоктиста, правой рукой крестясь, а левой размахивая и норовя прогнать сороку, которая, впрочем, не обращала на ее действия никакого внимания и продолжала, вертя своей маленькой, иссиня-черной головкой, наблюдать за людьми.
– Степка, прогони ее! – взвизгнула Феоктиста, но Степан даже не пошевелился, уставившись на сороку как зачарованный.
Наконец, похоже, сороке надоело разглядывать людей, она порскнула в сторону и скрылась в той же рощице, откуда прилетела.
Феоктиста и Степан вздохнули с таким облегчением, так истово перекрестились, что Лиде стало смешно.
– Почему вы думали, что сорока послушается Степана? – спросила она Феклисту.
– Потому что Степка с Марфушкой, Маремьяниной дочкой, хороводился, дурень! Будто других девок не осталось, только это ведьмино отродье! – непримиримо воскликнула Феоктиста.
Степан только зыркнул на нее исподлобья:
– Не со мной одним, известно, Марфушка хороводилась! Нагуляла уж точно не от меня!
– Значит, Маремьяна – ведьма?! – так и ахнула Лида.
– Да еще какая! – воскликнула Феоктиста. – Давно бы надо станового[15] на нее напустить, а то и спалить ее логово, но Иона Петрович трогать ее не велит. Она, видите ли, барышня, от грудной жабы его излечила да стрел составных[16], вот барин ее и защищает.
Лида только молча переводила глаза с Феоктисты на Степана и обратно.
Очень хотелось рассмеяться, однако у Феоктисты и Степана были такие серьезные и испуганные лица, что Лиде стало неловко.
Ну что ж, если им хочется верить в такую чепуху, пусть верят!
– Однако, может быть, теперь поедем? – напомнила она. – Вы, кажется, хотели попасть в Березовку до сумерек?
Похоже, Лидины спутники об этом начисто забыли, так они перепугались, так заспешили, и даже кобылка, чудилось, мчалась со всех ног теперь не только потому, что ее нахлестывал кучер, но и потому, что была обуяна страхом.
Так оно и вышло: на очередной рытвине не выдержали уж две оси.
