Автор
Полосы света лениво лежали на траве, убаюкивая березовые ветви, словно белые шелковые занавески. Лида вспомнила рассказы своей няни о русалках — эти женщины-волшебницы весело веселились на ветвях в Русальную неделю, пилича свет и луну своим чародейным шепотом... Однако сегодняшнее утро не принесло ни опасностей, ни диковинок. Лида была просто там, где должна быть, ничем не выделяясь среди других....
Ноги подогнулись, она начала падать… Кто-то ее подхватил… Краем меркнущего сознания она успела услышать сначала чьи-то шаги, а потом возмущенный голос:
– Что это значит, милостивый государь? Потрудитесь объясниться!
Голос был знакомым, но вспомнить, кто это, Лида уже не могла, потому что окончательно лишилась чувств."
"Глава шестая. Благородный жених
– Возьми подушку, слышишь? – прошипел рядом чей-то голос, и Лида почувствовала, что выплывает из той темноты, в которую погрузилась в садовой беседке.
Эта догадка повергла Лиду в еще более глубокое оцепенение, и она только и могла, что продолжать слушать.
– Тебе только и придется, что ее подушкой прикрыть да подержать немного! – шипела Авдотья Валерьяновна.
«Как же это Касьян, дядюшкин камердинер, в моем сне оказался? – изумилась Лида. – И кого подушкой надо прикрыть? Да и зачем?»
– Что это ты такое говоришь, Дунюшка? – послышался тихий, но возмущенный голос Касьяна. – Побойся Бога!
Лида удивилась было, что дядюшкин камердинер осмеливается тыкать его жене, но потом вспомнила то сходство, которое усмотрела в их лицах, и подумала, что, вполне возможно, они росли вместе. И тут же Авдотья Валерьяновна прошептала, подтверждая ее догадку:
– Да тебе ли не знать, что я Бога никогда не боялась.
– Ох, Дунюшка! – жалобно простонал Касьян. – И впрямь, мне ли этого не знать…
– Что, помнишь, как мы на сеновале резвились? – сладко выдохнула Авдотья Валерьяновна. – Помнишь, как юбку мне задрал и девичество мое похитил?
– Да не больно ты берегла его, это девичество! – ухмыльнулся Касьян.
