– По крайней мере, можно попытаться.
Кабан достал из куртки фонарик и пошел следом за мной. Как только я обнаружила дверцу нужной комнаты, я резко толкнула ее и поняла, что она заперта.
– Нужно попытаться открыть, – обернулась я к Кабану.
Кабан надавил на дверь. Несмотря на его комплекцию и добросовестные усилия, дверь никак не хотела открываться.
– Тут замок здоровый, не выбьешь. Да и дверь капитальная.
– Придумай что-нибудь, – взмолилась я. – Ведь недавно она была открыта.
– По твоим рассказам, в этом доме еще совсем недавно лежала умирающая подруга и сидела парочка вооруженных головорезов.
– Все так и было, но ты не веришь.
– Какое это имеет значение – верю я тебе или нет, – усмехнулся Кабан. – Если замок взламывать, тут возни часа на два, не меньше. У нас друг тоже кровь теряет. Ему нужно шею зашить.
– Ты что, и правда не можешь открыть эту дверь? – удивилась я.
– Я же сказал, что нет.
– А как же домушники? Они любую дверь за пять минут открывают.
– Я не домушник и никогда им не был.
Кабан развернулся на сто восемьдесят градусов и пошел обратно. Мне ничего не оставалось, как поплестись следом. На веранде уже никого не было. Мужчины стояли во дворе и курили.
– Ну что там, до хрена трупов валяется? – язвительно спросил Малыш.
– Дверь на замок закрыта. Замок прочный, просто так не откроешь.
Поняв, что надеяться на помощь этой троицы больше не приходится, я бросилась к яблоне, подняла с земли лопату и принялась закапывать яму. Если сюда приедет Костин отец, он не должен видеть, что здесь кто-то копал. Я почему-то искренне верила, что шкатулка существует на самом деле. Я верила, что человек, чувствующий приближение смерти, говорит только правду. Ему незачем врать.
Подняв голову, я увидела, что неподалеку стоит Юрец и наблюдает за моими действиями.
– Да я так, решила вот немного обкопать… – пробурчала я, как бы оправдываясь.
Я и не сомневалась, что мужчина из джипа принимает меня за чокнутую. Застав меня за столь необычным занятием, Юрец окончательно решит, что у меня не все дома, что я нафантазировала историю про раненую и умирающую Милу.
– Ты, это, копай, а мы поехали, – немного запинаясь, произнес ошарашенный Юрец. – Мне в больничку нужно. Тут огород большой, тебе до утра работы хватит.
– А мне весь огород не нужен, огородом пусть хозяин занимается. И вообще я уже закончила, – переведя дыхание, я тяжело вздохнула.