Автор
Внутренняя битва команды на втором уровне. Недомерок выживает, заставляя самому задуматься о причинах своей особой устойчивости в условиях жестокого кошманичного мира. Каждый трофей — это шанс на выживание, но иногда стоит задуматься о ценности чужих успехов.
И ещё кое-что, он не может вмешаться в происходящие с тобой или же дать совет до тех пор, пока ты сам этого не попросишь.
— Понял. Тогда я прошу тебя вмешиваться всегда, когда посчитаешь это необходимым, разумеется, если твоё вмешательство принесёт пользу мне или хотя бы не навредит.
— Мне этого говорить не нужно. Я не являюсь твоим петом. И несмотря на то, что твой пет всё равно я, говорить тебе об этом нужно именно ему. Я не сильно тебя запутал?
— Нет, всё понятно. Ты обходишь эти законы, а не нарушаешь их. И раз тот мелкий — мой пет, значит с ним я и должен разговаривать по поводу вмешательства.
— Всё верно, хорошо иметь дело с сообразительным человеком. А теперь тебе пора, и не забудь дождаться, пока он всё доест.
— Хорошо ответил я и куда-то провалился, а спустя мгновение осознал, что нахожусь в своём теле на том же месте, где меня и укусил мелкий пушистик. Этот мелкий гадёныш всё ещё висел у меня на руке вцепившись в неё зубами, только в этот раз он даже попытался улыбнуться.
— И долго ты собираешься висеть на моей руке?
— Зубастик разжал челюсть и свалился в снег.
— Пока не забыл, я прошу тебя вмешиваться в любые события, связанные со мной, если это пойдёт мне на пользу или хотя бы не навредит. Вмешательство может быть любым допустимым. Это могут быть как советы, так и физическое, ментальное или магическое вмешательство.
— Хорошо. Я согласен, — прозвучал странный голос в моей голове. Это определённо не был голос того большого Зубастого роя, но, с другой стороны, это и не должно быть так, ведь это не мой тотем, это лишь мой пет.
— Как мне тебя называть, малыш?
— Зови меня Флип.
— Договорились. А меня можешь называть Мирон. Ну что, доедай и возвращаемся в лицевой мир."
"На лицо Флипа наползла улыбка, больше похожая на оскал, и он тут же рванул в сторону оставшихся туш монстров. И когда всё, что оставалось после моей разделки полностью исчезло, исчез и зубастик, но тут же его голос раздался в моей голове:
— Всё, можем уходить.
— А ты где? — поинтересовался я.
— Как где? В тебе. Ты же не думал, что я буду бегать за тобой, как домашняя собачка?
— Я об этом вообще не думал, но не хочется, чтобы ты там что-нибудь сломал.
В голове раздался смех мелкого пушистика, а потом он ответил:
— Не переживай я ничего тут не сломаю, слово даю.
— Отлично. Тогда возвращаемся.
Нулевой уровень изнанки.
