Но фея неожиданно прекратила танцевать в воздухе и ответила:
– Да. Но для этого ты должен меня поцеловать.
– Я готов! – немедленно ответил рыцарь.
Аннет опустилась ниже и села на подставленную Паклусом ладонь. Щавель с сомнением хмыкнул. Рыцарь откашлялся, бережно поднес Аннет к губам и неловко чмокнул.
– Ха-ха-ха-ха-ха! – взмывая к потолку, закричала Аннет. – Такой большой, а верит сказкам! Я фея цветов! Цветы – они маленькие! Я не могу вырасти! Ха-ха-ха-ха-ха! Что ты хмуришься, сэр рыцарь? Не надо! Каждый раз, когда ты хмуришься, в мире умирает фея!
– Если ты не прекратишь хохотать, то одна моя знакомая фея точно умрет! – рявкнул рыцарь, побагровев.
Фея презрительно хихикнула, но отлетела подальше и веселиться перестала. Улыбающийся Щавель сам сходил в свой кабинет, вернулся с большой коробкой шоколадных пирожных и выложил их на стол:
– Аннет, присоединяйся. Очень жаль, что ты не можешь составить нам компанию по-настоящему, но…
Упрашивать долго фею не пришлось. Трикс, который уже несколько минут задремывал, на секунду закрыл глаза – и обнаружил, что половина пирожных съедена!
– Ну ты даешь! – воскликнул он. – За одну секунду столько слопать!
Щавель, Паклус и Аннет недоуменно уставились на него. Трикс вдруг сообразил, что из кухни больше не слышны голоса Иена и Халанбери, под столом стоят пять пустых винных бутылок, а в руках мага откуда-то появилась дымящаяся трубка.
– Ты целый час проспал сидя, мой юный ученик, – мягко сказал Щавель. – Иди-ка ты в кровать. Можешь лечь в моей спальне, я сегодня переночую в кабинете.
– Это если мы вообще ляжем! – бодро сказал Паклус.
Трикс не стал спорить и ломаться – глаза так и норовили закрыться. Он побрел в спальню мага – судя по постели, за прошедшую неделю Щавель в ней ни разу не ночевал. Стянул ботинки, сбросил куртку и, не раздеваясь дальше, повалился на кровать. Книжку-Тиану, которую он, даже заснув за столом, бережно прятал за пазухой, Трикс переложил под подушку. Потом, не удержавшись, достал и некоторое время разглядывал обложку, осторожно поглаживая пальцем буквы Т, И, А, Н, А. Потом положил на кровати рядом с подушкой и уснул.
Разбудила его Аннет – наверное, уже под утро, так как в окнах светало, но по ощущениям Трикса – сразу же, едва он закрыл глаза. Вначале Трикс услышал тихую ласковую песенку:
Колыбельная эта, будучи самой распространенной в королевстве, пользовалась тем не менее сомнительной славой. Говорили, будто среди людей она пошла от эльфов‑кровопийц и прочего лихого волшебного народца, норовящего в ночной тиши напасть на сонного ребенка.