Наблюдаю за тем, в общежитие заходят девушки и парни, а через некоторое время выходят со своими парами.
За Ирис приходят её напарница, что живёт этажом выше, в сопровождении своего молодого человека — приятного рыжеволосого паренька и его боевой пары. Невысокий брюнет тут же мило краснеет при виде хорошенькой блондинки и как истинный джентльмен целует протянутую для рукопожатия ладонь. Вчетвером они спешат по коридору, обмениваясь любезностями.
— Что-то мне подсказывает, — заговорщицки шепчет Амариллис, — наша скромница Альваро к концу вечера втрескается по уши в этого шустрого паренька.
— Что-то мне подсказывает, — тем же голосом отвечаю ей, когда слышу новый стук в дверь, — что наша роковая красавица Мон-Блоссом УЖЕ втрескалась в свою боевую пару.
— Я? — картинно округляет глаза Мари, положа руку на сердце. — Не-е-ет. Тебе показалось.
Однако только слепой не увидит, как при виде своей пары её глаза сияют, а на щеках играет лёгкий румянец. Пожелав мне удачи, она берёт блондина за руку и закрывает за собой дверь.
Я остаюсь в полной тишине.
С одной стороны всё хорошо. Может, Каллахану тоже противна идея явиться со мной как с парой? Это не редкость, когда разнополые напарники поначалу влюбляются. Но довольно быстро романтические чувства притупляются, и ответственность выходит на первый план.
Тэйран не торопится. Ловлю себя на том, что стою у окна и наблюдаю за редеющими ручейками студентов, текущими из общежития. Почти все учащиеся уже прибыли в банкетный зал, остались лишь редкие опоздавшие.
И мы.
— Ну и хорошо! — пытаюсь съязвить, но не очень-то получается. Вместо облегчения чувствую детскую обиду. — Дам этому чудовищу ещё десять минут, а потом переоденусь и сяду за учебники. Зато утром не буду мучиться с гудящей головой на построении.
Против воли всё моё внимание приковано к минутной стрелке. Чувствую, как внутри зарождается злость и, пользуясь одиночеством, выплёскиваю её наружу.
— Вот пускай сам завтра и оправдывается перед ректором и деканом Блейз! Хотя что это я переживаю, Каллахану всё нипочём. А мне его выходки уже знатно попортили учёбу. Слышишь?
Поворачиваюсь к двери, показываю ей неприличный жест и припечатываю сердитым:
— Ненавижу тебя, Каллахан!
Вопреки ожиданиям, легче не становится. В голову лезут тревожные мысли о том, что пока я здесь, Тэйран вполне может наслаждаться торжественным вечером. Ходит павлином, распушив хвост, принимает поздравления, лапает за все выпуклости свою Велину. Ест, пьёт, пока я себе места не нахожу!
Может, плюнуть на все приличия и пойти одной? Все знают о моих натянутых отношениях с Каллаханом, ни для кого моё появление как одиночки не станет большим сюрпризом.
Зато смогу утереть ему нос.