Автор
В комнате наступило мрачное напряжение: незнакомка извернулась в кресле, зло глядя на ученицу, словно скрывая злые мысли за стальными очками. Ученица взглянула на учебник, уставившись на нечто невидимое - в комнате царил тихий, напряженный гнет, как будто каждый воздух обжигал кожу своей мрачной свирепостью....
– Хрен тебе, а не деньги, понял? – избитая Санина рожа искривилась в жуткой гримасе. – С нами двумя ты справился, спортсмен гребаный, а вот когда тебя толпа за углом отмудохает, я посмотрю, какой ты борзый будешь. Знаешь, сколько народу ты на бабки киданешь? Да от тебя живого места не оставят.
Вот это дерьмо я называл своим приятелем, да? Ключ ему дал от своей квартиры, пил с ним, на тачке катался, девчонок обсуждал, денег занимал…Я что, не замечал, какой он гнилой? Какие они гнилые? Да, мне не все нравилось в ребятах, я всегда знал, что Костя труслив, а с Саней и Марго надо быть поосторожнее, потому что они могут очень зло пошутить и думают в первую очередь о своей выгоде, но это всегда казалось просто недостатками.
Сейчас же я не мог понять, как вообще вписался в их тусовку.
У меня никогда не было именно своей компании. В школе я все время проводил на тренировках и сборах, поэтому общался максимум с парой человек из класса, в Англии я был чужим по определению и дружил только с одним парнем из Кореи, а потом универ, первый курс и опа – компания.
–Саш, прекрати его запугивать. А ты, Царь, успокойся, – Марго ласково улыбнулась мне, но её глаза оставались холодными и настороженными.
Она захрипела, не договорив, а я вдруг понял, что уже стою рядом с Марго, а моя рука сжимает ее горло.
–Еще слово в адрес Крис, и я тебя придушу, – равнодушно сообщил я. Она закивала, глядя на меня полными ужаса глазами, и я разжал пальцы.
По-моему, ребята за эти годы составили обо мне неверное представление. Желание влиться в коллектив принимали за бесхребетность, щедрость принимали за глупость, а доброту – за слабость. Иначе почему они были так непроходимо уверены в том, что я им ничего не сделаю?
– Я сегодня поговорю с отцом, – буднично сообщил я ребятам, – и расскажу о вашем желании избить меня толпой. Предупрежу, чтобы знал, если что, с кого спрашивать.
