Автор
Судя по реакции собравшихся вокруг меня, я уже не могу скрыться от тени предательства. Подойдя к входу в Академию Даркайна, каждый взгляд пронизывал меня как нож, и каждое слово казалось острее, чем предыдущее. Но я зная, что это лишь начало.
Конрад приподнял правую бровь и растянул губы от уха до уха, отчего морщинки у глаз собрались в тонкую паутинку.
– Вот и ладненько, – довольно протянул он, как сытый кот, добравшийся до сочной вырезки. – Хотя, знаешь, Дельвиг, я бы на месте Орхарда насторожился. Когда ты становишься такой покладистой – жди беды.
“Вам-то откуда знать?” – мысленно огрызнулась я, а сама стиснула зубы так, что челюсть свело.
Главное не ляпнуть лишку, а то придумает ведь очередное фирменное наказание. Травинки считать или количество яблок на тополях.
Я молча развернулась, оставив декана наслаждаться своей маленькой победой. В быстро пустеющем холле было довольно холодно, и я поёжилась, с грустью осознав, что грядёт затяжная непогода.
На крыльце академии меня перехватил Ринвуд. Волосы парня, взъерошенные ветром, блестели, форменный пиджак был перекинут через локоть, а светлая рубашка натянулась на крепких плечах, пускай и не таких мощных как у Даррайна. При виде меня его лицо озарилось улыбкой, но я ее не разделила.
– Матиас, я... В общем, ректор Орхард запретил мне покидать пределы академии, – выдохнула я, испытывая странную легкость от этих слов.
Искры в его глазах погасли, уголки губ тут же опустились. Старшекурсник огорченно вздохнул, а затем небрежно махнул рукой, отбрасывая разочарование.
– И чего он взъелся? Неужели до сих пор мстит за твоего отца? Нельзя же так!
От упоминания папы внутри неприятно сжалось, но я нашла в себе силы промолчать.
Надеюсь, он это ляпнул, не подумав.
Бывает.
– Ладно, Эверли. Но в следующий раз ты не отвертишься, поняла?
Я послушно кивнула, чувствуя, как внутри разливается предательское облегчение. На На корне языка ощущался горьковатый привкус самообмана – я ведь вовсе не хотела идти с ним в город.
“Потому что влюблена в другого,” – печально вздохнул мой внутренний голос, и я не нашла чем возразить.
Шагая к общежитию, я ощущала, как с каждым шагом тяжесть внутри таяла. Будто камень, висевший на шее, растворялся в воздухе.
Подумаешь, делегация из Кэррей?
Они каждый год торжественно проезжают по главной улице.
Таковы традиции.
Всё же, они наши союзники, друзья и спасители.
Правда, в прежние годы я не решалась пойти смотреть процессию, да и мама разделяла мои опасения. Мне всё время казалось, что не имею права смотреть на них, как дочь предателя."
"– Всё, что ни делается, всё к лучшему, – проговорила я вслух, убеждаясь в правильности своего решения. – Потрачу время с пользой.
