Автор
В небе над Академией Вечного Пламени мерцали золотые ленты крыс, и Никки почувствовала легкий дуновение ветра — знак того, что они на подходе. Лора Лоретти, смуглая четверокурсница и верная подруга, сжимала рукоять перстня с символами Дрэйгена в тихом предвкушении прибытия в учебное заведение королевства....
— Подождите, это они про нас? Мы деревенщины?
Парни переглядываются и взрываются язвительным смехом, передразнивая её вопрос исковерканными голосами:
— Мы деревенщины?
— Мы деревенщины!
— Мы тупые, бесполезные деревенщины.
На губах их спутницы мелькает довольная улыбка, а вот зелёные глаза окатывают ледяным презрением.
— Ребят, давайте сделаем вид, что мы их не замечаем? — тихо предлагаю я, не желая портить нашу репутацию. — Дураков везде навалом. Пошумят и перестанут.
Если Дэриан Уорд узнает, что приглашённые студенты по обмену в первый же день ввязались в конфликт с местными, он придёт в ярость!
О вспыльчивом, необузданном нраве драконьего ректора ходят легенды во всех соседних королевствах, включая наше.
Лора и Рональд хмуро переглядываются, поджимая губы, и парни снова начинают рисоваться:
— Неужели теперь в нашу элитную академию пускают всякий сброд? — патетично восклицает блондин с платиновыми волосами, убранными в высокий хвост.
Явно лидер группы.
Сброд?
От неприкрытого оскорбления щёки опаляет жаром, а пальцы сжимаются в кулаки до белых костяшек.
Да как они смеют⁈
Мы заслужили право быть здесь не меньше, чем эти напыщенные индюки!
— А смотри, блондинка-то как пялится! — тычет его локтем в бок подельник с шапкой вьющихся тёмно-красных волос, — Платье дешёвое, а всё туда же.
— Покровителя? — гримасничает третий — Да она и на роль постельной грелки не сгодится, разве что в темноте и с пакетом на голове.
Девушка довольно улыбается, и драконы, поощрённые её реакцией, оглашают площадь оскорбительным хохотом.
За моей спиной Лора жалобно шмыгает носом, а Рональд грозно шипит, готовый принять неравный бой с драконами
«Будь выше, Николь», — повторяю, словно мантру, пытаясь сохранить трезвость ума.
Сердце колотится как безумное, а в горле стоит болезненный, колючий ком.
Чувствую себя униженной и разозленной одновременно. Хочется крикнуть им в лицо, что они ничего о нас не знают, что мы прошли через такие испытания, о которых эти избалованные детки и мечтать не могут!
Сразу видно — местная элита. Считают себя хозяевами жизни.
— Нет, я им ща вмажу, — накручивает себя Рон, нетерпеливо переминаясь на одном месте.
Надо срочно что-то предпринять.
