Автор
В небе над Академией Вечного Пламени мерцали золотые ленты крыс, и Никки почувствовала легкий дуновение ветра — знак того, что они на подходе. Лора Лоретти, смуглая четверокурсница и верная подруга, сжимала рукоять перстня с символами Дрэйгена в тихом предвкушении прибытия в учебное заведение королевства....
— Да я ещё твоих молодых отца с дядей гоняла ночами! Яблоко от яблоньки! Вам что тут, мёдом намазано? Прутся в цветник, как медведи на пасеку. Поставь поднос и дуй в мужское крыло! Не то сейчас же расскажу ректору Уорду!
— Так это он меня послал! — оправдывается блондин, позвякивая чем-то стеклянным.
— В женское крыло? К новеньким?
— Ну да! Это у него такое наказание.
Ушам не могу поверить. Будущий грозный правитель Дрэйгена оправдывается перед ней как нашкодивший хулиган! Да я при первой же встрече обниму и расцелую нашу спасительницу!
Так, а что значит наказание?
Для кого: Кеннета или нас?
Или ректор Уорд решил убить одним выстрелом двух зайцев?
— Так его, — Лора, слегка расслабившись, улыбается и дурачится.
— Ах, по-твоему, я к старости ума лишилась? — женщина и не думает ослаблять натиск.
— Обижаете, саэра Дэйвис! — Молодой дракон тут же меняет тактику и начинает вилять хвостом. — Вы дадите фору любой красотке! А ваша звериная ипостась… Ух! Красота! Мощь! Даже в вашем старческом возр… Ай!
— Вон, негодник! — ревёт во всю мощь лёгких неведомая саэра, и Кеннет послушно удаляется, не забывая громко возмущаться.
Шаги дракона затихают, и в нашу дверь аккуратно стучатся.
— Девочки, это я! Не бойтесь, негодник уже сбежал.
Лора торопливо открывает, не сразу справляясь с тугой щеколдой. Мысленно отмечаю, что здесь всё заточено под драконью силу и мощь, а значит, нам придётся туго в простейших бытовых вещах.
— Здравствуйте! — подруга торопливо кланяется, пропуская к нам пожилую даму неопределённого возраста. Такой можно дать и сорок, и шестьдесят.
Высокая, стройная, в строгом брючном костюме цвета кофе с молоком. На груди золотая табличка с резными краями: «Заведующая общежитием Аннэтт Дэйвис». Волосы цвета соли с перцем, на лице, испещрённом тонкими, едва заметными ниточками морщинок, аккуратный повседневный макияж.
Не верится, что эта женщина только что устроила суровую взбучку принцу, а ещё гоняла молодых ректора и короля много лет назад.
— Доброго вечера! — забывшись, я запоздало подскакиваю с постели и отвешиваю поклон. Саэра-заведующая не выглядит простолюдинкой.
— Лежи, моя хорошая, — суровое лицо с резкими, крупноватыми чертами заметно смягчается, а улыбка, скользящая по губам, невероятным образом делает её моложе. — Как ты себя чувствуешь?
— С-спасибо, мне уже лучше, — запинаюсь и слегка краснею от смущения.
