— Вы грубый, чёрствый эгоист! Думаете только о себе! За это вы и поплатились тем, что ваши боги послали в Истинные не драконицу, а ту, кого…
Осекаюсь, не закончив фразу, и вскрикиваю от испуга. Дэриан в два прыжка оказывается непозволительно близко, наклоняясь надо мной и упираясь ладонями по обе стороны от подушки.
Жмурюсь и отворачиваюсь, но он отрывает руку от жёсткой клеёнки и крепко хватает пальцами за подбородок. От сильного, уверенного прикосновения бегут искры, проникая под кожу и растворяясь в крови, стремящейся к сердцу.
Дыхание перехватывает, но я успеваю вдохнуть свежий аромат его одеколона, смешанный с разгорячённым, мужским запахом ректора-дракона.
— Ошибаешься, Николь, — тихо произносит Дэриан Уорд, заставляя встретиться с ним взглядом. Большой палец собственническим жестом оглаживает подбородок, слегка касаясь нижней губы. Заставляет меня нервничать и волноваться одновременно.
— А? — издаю тихий писк, за который мне безумно стыдно. Руки ощущаются тяжёлыми, но я совершаю усилие и упираюсь ими в литую грудь Дэриана, мигом напрягшуюся от прикосновения.
— Я думаю в первую очередь о тебе, — с нажимом и какой-то злостью отвечает мне. — О твоём здоровье, о твоей жизни, о твоём резерве. И ещё о том, чтобы следующий выброс не разрушил академию и не навредил студентам. А ты, Николь? О чём думаешь ты?
Его пальцы неторопливо скользят вверх. Проходятся по скуле, плавно очерчивая контур лица. Время, казалось, замедлилось, и воздух между нами становится густым от напряжения.
— Ты бежишь от проблемы, — жёстко отвечает ректор Уорд, и грубость его слов не вяжется с нежными прикосновениями. — Ты упиваешься своей обидой и ведёшь себя как глупый, избалованный подросток. При этом называешь себя одной из лучших? Гордость Алгарда? Да если там все ведут себя так же, как ты…
Дэриан умолкает и делает долгий, глубокий вдох. Каждое слово пронзает меня насквозь отравленной стрелой, вызывая неконтролируемую дрожь.
Что самое противное — я понимаю, что в его словах есть зерно истины. Но как же тяжело признать, что он прав!
— Уходите, — одно-единственное слово звучит глухой мольбой.
Я больше не могу его видеть. Не в силах выносить его присутствие!
Даже если мы найдём общий язык, рядом с ним я не буду чувствовать себя цельной личностью.
Чёртов штормовой дракон!
Дэриан молча выпрямляется и, наконец уходит, оставив меня на кушетке полностью разбитой, запутавшейся в своих чувствах.
Такой, как он, сожрёт и не подавится. Да если смирюсь и приму Истинную магию, это разрушит до основания мою жизнь.
Буду сидеть дома бессловесной тенью, пока Дэриан блистает на приёмах и флиртует с действительно сильными, яркими, красивыми драконицами.
Со мной ему будет стыдно показаться не то, что во дворце, но и на улице.