Я ответила ей тем же. Видимо, так ведут себя две змеи на узкой тропинке.
В зал вошли Ольга и Егор. Похоже, обсуждали какие-то мелочи. Егор смотрел через меня, как сквозь стекло. Его появление не вызвало у меня никаких эмоций.
Ольга протянула Марку документы.
- Все сверили еще раз. Платья вернем на следующий день после показа. Это оплата услуг модельного агентства. В салоне работают только с этими девушками. Тут счета за предстоящую химчистку коллекции, - она метнула на меня гневный взгляд.
Никак не может забыть мою оплошность. А мне всего-то не следовало торопиться заменить ее чай. Как ни крути, она сама на себя его пролила. Но виновата, конечно же, я.
Марк поставил чашку на столик и поднялся. Кривошеева отпустила сотрудниц. Полонский дал знак, что все свободны, но мне велел остаться.
- Очень приятно работать с вами, Татьяна Васильевна, и с вами, Егор Игоревич. Ваш профессионализм поражает, - Марк источал любезность. – Несмотря на некоторые сложности, я уверен, мы продолжим наше плодотворное сотрудничество.
- Безусловно, - светская улыбка озарила лицо Кривошеевой. Ее и без того растянутый пластической операцией рот растянулся до ушей как у Буратино. Все-таки при омоложении стоит соблюдать меру!
- Я очень рад, что вы непредвзято смотрите на вещи, - Егор пожал руку Марка.
- В бизнесе нет места эмоциям, - произнес Полонский. – Дело на первом месте. Иначе успеха не достигнуть.
- Совершенно с вами согласен, - закивал Егор как китайский болванчик.
В мою сторону Егор даже не посмотрел. Я для него всего лишь перевернутая страница.
- Вы ничего не хотите сказать Веронике Андреевне? – спросил Марк. – Она очень расстроена нашей неудачной шуткой. Я уже извинился. Теперь и вам пора.
Извинился? Да, кажется… Точно извинился. Он же мне за это пижаму подарил.
- Конечно, разумеется. Я прошу извинить меня за инцидент в клубе, - бесцветно произнес Егор. – Мне жаль, что так получилось.
- Извинения принимаются, - дежурно улыбнулась я.
Надо же, Марк не забыл об этом! Даже надавил на Егора. Конечно, мне его извинения даром не нужны. Но так приятно, что Полонский заставил его попросить у меня прощение.
- Вот теперь мы все по-настоящему открыты для дальнейшего сотрудничества, - голос Кривошеевой источал мед. – Как хорошо, когда нет недопонимания и недоговоренностей. Тем более что все это – мелочи жизни, не так ли?
- Разумеется, - кивнул Марк.
- Конечно, - поддержала его я.
- Как гора с плеч, - заметил Егор. – Я так переживал, что Ника меня неправильно поняла.