С первыми двумя нарядами я справилась, а вот на третьем шикарном белом платье мое везение закончилось. Застегнуть-то я его застегнула, полюбовалась необычными складками на подоле и игрой света на ткани, а вот обратно снять… никак. Пальцы скользили по непонятной застежке в бесполезных попытках.
Как, эта сволочь снимается?
Я быстро выдохлась и робко выглянула наружу.
— Солтан?
— Да? — приподнял он голову.
— Поможешь расстегнуть?
Почему-то чувствовала себя какой-то жуткой провокаторшей с этой просьбой. Но ведь я не специально.
— Конечно, — он ловко скользнул ко мне в кабинку и прикрыл дверь.
Мужские пальцы пробежались по спине и легко справились с упрямым замком. Я облегченно выдохнула. Платье оказалось ужасно тесным. Но я же упрямая, и потом оно мне очень понравилось. Поэтому я подтянула живот и максимально ужалась, чтобы в него влезть.
— Спасибо… — и замерла, снова забыв как дышать.
Солтан никуда не ушел. Даже не думал. Его пальцы медленно спустили рукава, оголив плечи. Он шагнул ближе, склонился. Первый поцелуй обжег мою кожу. Он жадно втянул воздух возле моей шеи и продолжил цепочку коротких жалящих прикосновений. Потерся носом, прикусил мочку и тут же ее лизнул.
Он коротко тяжело дышал, а его руки также медленно, но неотвратимо стягивали с меня упрямое платье, оголяя за плечами, грудь, живот, а потом и все тело. Шуршащая ткань скользнула по ногам и опустилась на пол бесформенной лужицей.
А я снова почувствовала, как во мне поднимается непреодолимая волна. Желала его до дрожи в пальцах. Мое тело слишком хорошо помнило, как ему было хорошо в его объятьях. А я потеряла все здравые мысли и способность к сопротивлению, едва он меня коснулся.
Невозможная реакция. Странная. Пугающая. Я всхлипнула от обиды на свою слабость, и стайн остановился. Так резко и внезапно, что меня тут же пронзил острый приступ разочарования.
— Теона, скажи мне «нет» и я уйду, — хрипло произнес он, сжав мои бедра до сладкой тянущей боли.
19. НАПАДЕНИЕ
Я буквально по миллиметру выползала, выдирала себя из этого дурмана любовной патоки. Сознание мутилось от его присутствия, кожа горела от прикосновений. Я знала, что он понимает какую сейчас власть имеет надо мной, но все равно дает мне выбор. И я его сделала…
— Нет, Солтан, — вытолкнула из себя заветные слова.
Стайн тяжело вздохнул и отстранился. Напоследок огладил мое голое бедро.
— Я подожду снаружи, — сдавленно произнес он. А у меня сердце никак не могло вернуть прежний ритм. Стучало, как сумасшедшее. Поэтому большую часть времени перед выходом я провела, пытаясь успокоиться.
Когда вышла, наконец, Солтан повел себя так, как будто ничего и не было там в примерочной. Ни взглядом ни жестом не показал, что его задела эта ситуация или как-то обидела.