Я услышала голоса и поняла, что я нахожусь в больнице после необычной ночи — возможно, новогодняя? Мозг билась о память, но тело казалось замороженным. Слух был единственной связью с внешним миром, из-за чего каждое шуршание заставляло сердце забито вздрагивать.
Я слышала только его тяжелые шаги. Он словно конвоировал меня на расстрел, не иначе. Почему-то возникла такая странная ассоциация. Меня радовало его отсутствие перед глазами, потому что видеть его презрительно скривившееся лицо было неприятно.
«Красивый урод или банальный женоненавистник» — меланхолично подумала я. Меня все больше клонило в сон. Но я ведь только проснулась? Что мне там этот врач зараза подмешал?
Когда андроп остановился перед голой стеной, я удивилась. Еще больше удивилась внезапно возникшим очертаниям двери и тихо отъехавшим створкам.
«Моя каюта». Сразу всплыло в голове. Я узнавала и не узнавала эту комнату. Я здесь точно была, но почему тогда часть меня с изумлением рассматривает диковинный интерьер. И я абсолютно уверенна, что никогда не была поклонницей такого сочетания цветов. Это же просто вырви глаз! Как в таком месте больше десяти минут можно продержаться, не говоря уже о том, чтобы жить тут?
Малиновый стены, ярко-желтый пол и черная мебель. Вот мебель мне понравилась. Такие лаконичные линии…
— Ваша каюта, милли.
Он точно привык только командовать.
— Я постараюсь, — решила его не злить лишний раз. Кто его знает, что он со мной может сделать. Вспомнила, того типа, что меня душил. Брр… Я еще ничего не понимаю и мне нужно время, чтобы осмотреться. Быстрее бы он ушел.
Но капитан все не уходил, даже имени его пока не запомнила, Ларк кажется.
— Еще один вопрос, который нужно решить сегодня, милли Ларин, — он приблизился и робот развернул мое сиденье лицом к нему.
Все равно неудобно. Получалось, что он угрожающе нависал надо мной, а мне нужно было сильно задирать голову, чтобы ответить.
— Какой вопрос?
— Как вы оказались в оранжерее?
Я пожала в ответ плечами. Откуда я могу знать. Тут даже имя свое толком не могу идентифицировать, не то, что какую-то оранжерею.
— Я и не сомневался. У вас проблемы с памятью с момента начала нашего полета, — насмешливо хмыкнул этот грубиян.
— Послушайте, капитан Ларк, я… Я, правда, не помню. А еще у меня сильно болит голова… и кружится…"
"Мужчина посмотрел недоверчиво, скептически поджал губы. А мне надоело постоянно задирать взгляд, и я попыталась встать на ноги.
Андроп послушно убрал подножку и немного наклонился. Я зря понадеялась на свои ноги.
