Но организм борется. Хилари — сильная девочка. — Максин улыбнулась Андерсонам, стараясь ободрить их. Видя боль в их глазах, она чувствовала, как у нее самой сжимается сердце. У Хилари, очень красивой девочки, были проблемы с психикой, но родители всем сердцем любили ее. — Она приняла огромную дозу наркотиков, и, к сожалению, помощь пришла поздно. У девочки сильная интоксикация. Будем надеяться, что врачам все же удастся ее спасти.
Больше Максин ничем не могла утешить бедных родителей. Реанимационная бригада делала все, что в ее силах.
Тельма принесла всем кофе, а после Максин снова пошла проведать Хилари. Тельма вышла следом, и Максин велела ей идти домой. Нет никакой необходимости обеим оставаться в больнице. Максин поблагодарила коллегу за помощь, и та ушла.
Войдя в палату, Максин сразу же бросила взгляд на монитор. Сердце Хилари билось неровно, давление упало. Все эти признаки свидетельствовали об ухудшении состояния девочки.
В течение следующих четырех часов Максин беспрестанно курсировала между реанимационной палатой и комнатой ожидания, стараясь успокоить Андерсонов. В восемь тридцать она решила, что их надо впустить к дочери. Родители должны попрощаться со своей девочкой. Хилари умирала. Анджела Андерсон разрыдалась, подойдя к Хилари, а ее муж с трудом смог взглянуть в безжизненное лицо своего единственного ребенка. Аппарат искусственного дыхания все еще работал, но его усилия были бесполезны.
Как только Максин снова отвела родителей девочки в комнату ожидания, ее вызвал в коридор дежурный врач.
— Плохи дела, — сказал он.
Они направились в палату Хилари, и как только Максин переступила порог, аппарат издал сигнал тревоги. Кривая линия на мониторе превратилась в прямую. Сердце Хилари остановилось. Родители девочки настаивали на том, чтобы были приняты все меры, и поэтому в борьбу за ее жизнь вступила бригада кардиореаниматологов.
Максин с мрачным видом наблюдала за тем, как они пытались стимулировать сердце Хилари с помощью электрошока. Врачи массировали сердце девочки, но все было бесполезно. Через полчаса они сдались, признав свое бессилие. Руководитель бригады снял с лица Хилари респиратор и выключил аппарат искусственного дыхания.
— Мне жаль, — сказал он, взглянув на Максин, и вышел из палаты.
— Мне тоже. — Максин направилась в комнату, где сидели родители умершей девочки.
Увидев Максин, они все поняли без слов, и мать Хилари громко закричала. Максин крепко обняла ее, и та разрыдалась. В лице ее мужа Фила не было ни кровинки.
