Автор
Какой смысл в идеалах, если они принадлежат другим? В академии все знают меня как (Не)идеальную девочку — всегда улыбающуюся, безупречно выглядящую и бесконечно общительную. Но сегодня моя голова кипит от внутреннего противоборства: ведь именно из-за таких вот идеалов я и чувствую такую нехватку. Головокружение взрывается в моей черепной коробке, будто землетрясение проникает прямо во мне....
Первая не заговариваю. Всё ещё готовлюсь к защите.
— Какого хрена, Анастасия?! — ожидаемо взрывается отец, поднимаясь со стула.
— Что за вид, Настя? — это уже мама.
Молчу. Для другого силы коплю
— Ты откуда, блядь, явилась? — рычит папа. — Это что за херня на шее?! На блядки пошла, что ли?! — выплёвывает, тыча пальцем в оставленный Севером засос.
О нём я совсем забыла, но отступать некуда.
Впервые слышу от него маты. Но, думаю, не в последний раз. Из дома уйти я готова. Только сегодня поняла, для чего деньги копила.
Отбиваю его злость спокойно и ровно, глядя в глаза.
— Это — не блядки, пап. Я люблю…
Закончить не успеваю. Папа оказывается рядом, неожиданно быстро для своих габаритов, и хватает за руку.
— Ничего не хочу слышать! — орёт, брызжа слюной. — Чтобы это в последний раз! Теперь только под присмотром охраны везде будешь! На окна решётки поставлю!
Страх медленно расползается по телу, окутывая ледяными щупальцами. Справлюсь.
— Я не выйду замуж за Кирилла! — на последних словах всё же перехожу на крик, стараясь перекричать родителя.
Его пальцы до синяков сжимают руку, но боли я почти не ощущаю.
— Ты что, мать твою, несёшь?! Не выйдешь?! Ещё как выйдешь! Как миленькая!
— Нет! С меня хватит! Выкручивайтесь сами вместе со своей конторой! Мне надоело быть вашей марионеткой!
Мама взвизгивает, а отец хватается за сердце и с грохотом оседает на пол.
— Рома! Рома, что с тобой?! — орёт мать, глядя в стеклянные глаза папы.
Стою в полном ступоре, глядя на всё словно со стороны. Не могу пошевелиться. Даже дышать не выходит.
Он умер? Я убила его? Убила папу? — всё, что крутится в голове.
Шок. Паника. И полный паралич."
"— Что стоишь, Настя?! — врывается в вакуум мамин голос. — В скорую звони немедленно! — орёт, захлёбываясь слезами и продолжая тормошить бездвижного отца.
Отмираю и хватаюсь за телефон.
— Скорая. Слушаю.
— Мой папа… — давлюсь слезами.
— Что с ним? — раздаётся спокойный и даже равнодушный голос на том конце.
— Кажется, я убила его. — захлёбываюсь рыданиями, с запозданием воспринимая происходящее.
— Что вы сделали? Назовите адрес. Я пришлю машину. Что именно произошло? — доносится до затуманенного паникой сознания.
С трудом беру себя в руки и диктую адрес.
