Автор
В дружном доме Львовича два сердца: один трепещет о любви, другой — об интересах. Дима не знает, встретит ли он сильного врага или близкого друга на ужине родителей. Этот роман рассказывает о секретных связях и неожиданных предательствах между двумя семьями, проникая в тайны домашнего очарования и чужих интересов....
Сложно противостоять такому напору и не подсесть. Небесный умел очаровать, но видит бог я сопротивлялась. Я в отличие от Иры, которая могла только догадываться о наличии у своего мужчины любовницы, точно знала, что не единственная. Это выматывало и уничтожало внутреннее самоуважение. Оставался только стыд. И ревность, бесправная, необоснованная, но острая и болючая.
Но мне все еще удавалось глушить даже малейшие признаки эмоциональной привязки. Чтобы Небесный не почуял. Возможно, больше не придется. Думаю, Дима попался и не рискнет продолжать.
Глава 14
Дима
Ира буквально обрушилась на освободившееся место и порывисто махнула официанту, бросая на меня красноречивые взгляды.
— Унесите это! — скривившись, кивнула на тарелку спагетти с вонголе. У меня было примерно секунд тридцать, чтобы выстроить линию поведения. Не защиты, а нападения. Я уже семь лет служу государственным обвинителем: нападать и обвинять — моя родная стихия.
— Ты какая-то возбужденная. Что-то случилось? — спросил, отодвигая от себя дорада.
— Ты еще смеешь спрашивать?! — зашипела Ира. — Сидишь с какой-то девкой, улыбаешься, глаз не сводишь!
— И? — коротко бросил. — Сижу, улыбаюсь, смотрю. Что дальше?
— Это она, да? Ее ногти на тебе были?
— Мне показалось, что в этом вопросе мы сошлись на доверии, нет?
— У тебя любовница! — воскликнула, не сдержавшись. Гости за соседними столиками стали оборачиваться и с любопытством прислушиваться к разговору.
— Докажи! — парировал жестко. Ира округлила глаза и ошеломленно громко выдохнула.
— Дим, как ты можешь… Почему ты так со мной? За что? — проговорила шепотом.
Я взял паузу. Мысленно сосчитал до пяти, успокаиваясь. Привычка. Условный рефлекс. Никогда не сдавать назад. Не подставлять щеку. Не оправдываться. Даже если не прав и знал об этом, все равно давил до конца. Я заточен на победу, черт возьми!
— Ира, ничего такого, что могло бы как-то повлиять на наши отношения, говорить не собираюсь.
Ира открыла рот, хотела было сказать что-то, но остановилась. Задумалась. Я ждал. Она молчала.
— Поехали домой. Я соскучилась.
Я улыбнулся кончиками губ и жестом попросил официанта принести счет. Ира, как всегда, поступила взвешенно и мудро.
