Вот в данный момент позволил себе маленькое баловство, позаимствовал одну сигару из запасов полковника Уорбертона. – Он покосился на каминные часы. – Гм… Впереди у нас еще целый час. Так что давайте обменяемся взглядами о многообразии человеческой подлости, а также о высочайших проявлениях духа, присущих даже худшим из нас. Страдивари, Уотсон. Скрипка за вами, в углу.
Было почти восемь, и я только что зажег газ, когда в дверь постучали и на пороге возникла высокая угловатая фигура инспектора Макдональда в клетчатом пальто.
– Я понял, что вы имели в виду, мистер Холмс! – воскликнул он, входя в комнату. – Все выполнено в соответствии с вашими распоряжениями. В полночь на дежурство перед домом заступит констебль. И о разбитом окне тоже не беспокойтесь; в дом можно будет пробраться, не тревожа жильцов.
Холмс удовлетворенно потер руки.
– Отлично, великолепно! У вас талант досконально выполнять… э-э… самые деликатные поручения, – тепло заметил он. – Скоро миссис Хадсон подаст нам ужин. Ну а затем одна-две трубки помогут нам скоротать оставшееся время. Считаю, для нашего плана будет фатальной ошибкой, если мы займем позиции до наступления полуночи. А теперь берите-ка стул и попробуйте вот этот табачок. А мистер Уотсон попытается доказать вам, чем он отличается от того, который курит он сам.
Вечер мы проводили весьма приятно. Шерлок Холмс находился в приподнятом и добродушном настроении. Он терпеливо выслушал рассказ инспектора о банде французских фальшивомонетчиков, чьи действия угрожали стабильности луидора. Затем и сам побаловал шотландца весьма хитроумной теорией о влиянии рунических знаний на развитие кланов в северной и северо-западной Шотландии. Лишь бой часов, возвещающих о наступлении полуночи, вернул нас к реальности.
Холмс подошел к письменному столу и выдвинул ящик. В свете настольной лампы под зеленым абажуром я заметил, как мрачно и сосредоточенно его лицо. Он достал из ящика тяжелую дубинку.
– Вот, суньте-ка в карман, Уотсон, – сказал он, – ибо, я уверен, наш подозреваемый склонен к насилию. А теперь, мистер Мак, поскольку миссис Хадсон уже, наверное, в постели, давайте спустимся потихоньку и поймаем первый же экипаж.
Ночь выдалась ясная, звездная, и, проехав лабиринтом узких улочек, мы вскоре оказались на Эджвер-роуд. По приказу Холмса кебмен притормозил на углу, и я увидел перед собой убегающую вдаль Кембридж-террас, безлюдную и освещенную редкими уличными фонарями. Свет чередовался с тенью. Мы вышли из экипажа и зашагали к нужному нам дому.
Макдональд кивком указал на доски, которыми было забито окно.
– С одной стороны не закреплены, – шепнул он. – Только, прошу вас, осторожней.