Автор
В зале суда, где воздух напоминал густую грязную воду, колонист Колтон Эрриксон признался в взятке. Его приговор был суров и немедленно вступил в силу. Однако его слова не были поводом для душевной боли — лишь холодный расчет судьи и тяжелый бит стула, словно топор над шеей невиновного, который подпрыгнул под ударами....
Похоже, «Некровные узы» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Простояв в душе тридцать минут и втерев в волосы ароматный «Джо Малон» из стеклянных пузырьков, обнаруженных на раковине, я замоталась в белоснежный халат и вышла в гостиную. Алекс всё ещё не вернулся, но на круглом деревянном столике красовался поднос, накрытый стеклянной крышкой. Под ней обнаружились румяные тосты, гранола, украшенная ягодами, и апельсиновый фреш. Выпив сок и прихватив тост, я вернулась в спальню, чтобы позвонить Алексу, но в этот момент он сам возник в дверях спальни.
— Вижу, ты уже успела принять душ.
И снова забыв обо всём, я залюбовалась скульптурной линией его скул и тем, как белая футболка облегала широкие плечи. В повседневной одежде и со слегка растрёпанными волосами Алекс казался совсем молодым. Ему повезло быть обладателем от природы гладкой оливковой кожи, которая не выдавала ни намёка на его возраст. Однако, у меня никогда бы не повернулся язык назвать его парнем. Он был мужчиной, и ни на секунду не позволял об этом забыть.
Наспех высушив волосы, я натянула фиалкового цвета платье с открытыми плечами, водрузила на нос любимые солнцезащитные очки и, схватив Алекса за руку, потянула его к выходу.
— Где ты был? — поинтересовалась я, пока мы ехали в лифте.
Засунув руки в карманы серых слаксов, Алекс неопределённо пожал плечами.
— Навестил пару магазинов.
Я решила не цепляться к словам, потому что в тот момент меня разрывало от возбуждения из-за предстоящей прогулки. Алекс и я будем бродить по шумным улочкам Барселоны, есть мороженое, держаться за руки… Три дня он будет только моим.
В течение двух часов я протащила Алекса по всем своим любимым достопримечательностям — Собор Святого Креста и Святой Евлалии, Храм Святого семейства, к величественному зданию Театра Тиволи. Ещё около часа мы бродили по площади Каталонии, где Алекс терпеливо ждал пока я накормлю голубей специально купленной для этого пистолой. На проспекте Пасео Де Грасия я невольно застыла около витрины «Луи Вуиттон», залюбовавшись саквояжем с ярко-розовым рисунком в стиле граффити.
— Её.
Я открыла рот, чтобы возразить, но слова наглым образом застряли где-то в горле. Я ужасно хотела эту сумку.
