Жанр
В коридорах скромного здания жилищной службы бабушке Маше и ее сыну предстояло решить проблему постоянных замечаний соседей по квартире: шумная музыка до утра и постоянно открытая сигнализация. А я вам говорю: тут он! - восклицает мужичок, протягивая пальцы в воздухе как кинжалами, но не в сторону стола — на небольшой пристройчик соседа. Квартира начинает казаться чем-то смертельным и загадочным, где каждый шум и свет кажется подстроенным враждебно....
Если свести к краеугольному тезису их экономических программ, то получаются два диаметрально противоположных тезиса: ""спасаем Америку за счет уничтожения мировой финансовой системы"" и ""спасаем мировой финкластер за счет резкого ослабления или даже уничтожения Америки"". Вот так вот.
Херово как-то получается. Это вовсе не значит, что на меня навалится вся мощь этих надструктур. В конце концов, для них мир подобен сотням разных шахматных досок, на которых одновременно идут сложнейшие партии. И я стал даже не значимой, а всего лишь едва-едва заметной мааааааленькой фигуркой на одной из них.
Кстати, наши ""играют"" так же. Так что не смотря на всю важность ситуации для меня лично, на высшем уровне все здесь творящееся пока вообще никак не отражается.
– Так, расклад примерно понял.
Олегыч как-то грустно хмыкнул.
– Согласен, – тут же поправился я. – Ни хрена не понял и, скорее всего, никогда не пойму. Просто начинает снижаться неопределенность и становится чуть понятнее мне лично, чем именно предстоит заниматься.
Вот теперь в ответ я получил вполне искренний кивок.
– И что предполагается делать?
– А вот тут уже интереснее, – заверил представитель Конторы. – Принято решение...
Он очень старательно упустил из вида ответ на вопрос ""Кем именно?"".
– ... Что такая плотная связь с зарубежными разведками и столь топорное лоббирование их интересов на территории России более неприемлемо. Как смогли подготовились.
Ох ты ж...
– При этом есть мнение, что господин Пархоменко не должен попасть живым ни одной из сторон для допроса.
""Оп-па, какое интересное уточнение!"", – удивился я.
– А ты что думал? – Поинтересовался Олегыч, слегка раздраженно. – По итогам Второй мировой бритты согласились признать ее результаты при выполнении ряда условий. Одним из них было то, что ни на одном трибунале не будут задаваться вопросы о роли британских элит во всей этой истории.
""Ну да, ну да! ""Кола"" – для американских солдат, а ""Фанта"" – для немецких. Потом демонстрация флага при номинальной поддержке победившей стороны. А проигравшие... Ну кто ж их о чем спрашивает-то?!"", – подумалось мне. Это амеры. Британцы там тоже развлекались как могли, да.
– Почему ""Ревизия""? – Поинтересовался я."
"– Это хороший вопрос, – согласился Олегыч. – Изымать из оборота сего господина будем мы.
