Жанр
В коридорах скромного здания жилищной службы бабушке Маше и ее сыну предстояло решить проблему постоянных замечаний соседей по квартире: шумная музыка до утра и постоянно открытая сигнализация. А я вам говорю: тут он! - восклицает мужичок, протягивая пальцы в воздухе как кинжалами, но не в сторону стола — на небольшой пристройчик соседа. Квартира начинает казаться чем-то смертельным и загадочным, где каждый шум и свет кажется подстроенным враждебно....
Хорошая привычка – писать абсолютно все разговоры. Полезная. А при моем образе жизни, так еще и обязательная.
Кивком предлагаю Олегычу сесть и включаю воспроизведение.
– Слушаю! – Не люблю свой голос на записи.
Хотя, говорят, он мало кому нравится.
– Вавилов Роман Игоревич? – Интересуется голос с легким акцентом.
Говор не мне определить не удалось, но Восточная Европа определяется уверенно.
Честно говоря, я бы к этому моменту уже сбросил звонок, если бы не одна маленькая деталь. Определитель номера выводил на экран строку ""Иришка сестренка"".
– Допустим. – Сообщил я ровно.
Такие разговоры – не самое время для эмоций. Головой о стену можно будет побиться и после. А пока слушать, запоминать, анализировать."
"– Роман Игоревич, кажется вы не понимаете ситуации, – с неким даже ""сожалением"" выдохнул голос.
– Я – Вавилов Роман Игоревич, – ровно ответил я тогда. – С кем имею честь?
Собеседник негромко рассмеялся, вопрос ожидаемо проигнорировав. Попытаться все равно стоило.
Услышав мой тон, мои девочки собрались вокруг меня моментально. Но, умницы, и звука не издали. Только на ушастенькую поглядывали вопросительно. Все-таки она наш главный эмпат.
– Хотите увидеть вашу сестру живой? – Интересуется собеседник.
""Неточность!"", – тут же отмечает мозг. Скорее вопрос в том, хочу ли я, чтобы Ирина эту историю благополучно пережила. Ох, есть у меня подозрение, что для меня такой же судьбы не предполагается. Однако ответ в данном случае одинаков:
– Да, хочу. – Глухо сообщаю я.
– Прекрасно. – Все тем же ровным тоном одобрил подход собеседник. – Тогда у вас неделя на то, чтобы прилететь в Москву. Троицу свою с собой захватите.
Блондиночка чуть слышно фыркнула, как делала каждый раз, когда ее именовали с одном ряду с эльфийкой и суккубой. Она уже не раз заявляла, что пора менять имя на более помпезное. Останавливало ограниченное количество строк в паспорте.
На этом моменте я только кивнул.
