А однотипные камуфляжные куртки пришлых предполагали, что передо мной не романтики ножа и топора… Но и не армейцы ярославские… Расцветка-то камуфляжная с армейской не совпадает…
— Полковник Тимохин приглашает на завтрак, — сорванным, но вполне командным голосом распорядился старший — не старый еще, но и не молодой невысокий мужичок, заросший до самых бровей рыжеватой бородой. Тоже, кстати, признак того, что не армейцы передо мной… Я как раз подъехал шага на два и остановился. Ребятки хорошо встали — даже подняв лошадь на дыбы, я бы не смог угодить ее копытами по обоим сразу. И, кстати, завтрак? То, что надо!
— С удовольствием, господа!
По приглашающему жесту старшего я проехал шагом еще метров сто по той же просеке, а затем мы свернули на совсем уж незаметную тропинку, выведшую нас на небольшую поляну, посреди которой горел костерок. Возле двух вместительных, исходящих паром котелков суетился совершено седой, но юркий дедок, у опушки стояли кони, а чуть поодаль от костра, широко расставив кривые ноги в подшитых кожей галифе, стоял, задумчиво покусывая травинку, сам местный помещик, фигура в моем представлении загадочная и зловещая…
— Полковник Тимохин Аркадий Никифорович, — представился хозяин оперным басом и указал на широкое бревнышко, заботливо уложенное рядом с костром и даже накрытое попоной: — Прошу!
Не успел я представиться в ответ, как костровой шмыгнул к полковнику и отрывисто доложил, что, дескать, готово все, ваш высокородь…
— Не побрезгуй солдатской кашей, Петр Андреич, — прогудел полковник, и я не без удовольствия втянул носом запах дымка, смешавшийся с запахом пшенки с салом. Подошли мои конвоиры, но рассаживаться не стали — только старший, тот самый рыжий и бородатый, сел по другую сторону от меня, перехватив быстрый взгляд полковника. Да в охраннике особой надобности и не наблюдалось — у ног полковника сидел больше похожий на рысь черный здоровенный муррпау, Мурр, даже с кисточками на ушах. Котик благодушно жмурился на огонь и облизывал усы. Свое сало он, похоже, получил первым. Ели с аппетитом, молча и быстро. «Напои, накорми меня, добра молодца, а потом уж и расспрашивай», — вертелась в голове присказка, только вот в баньке попариться мне полковник не предложил… А от расспросов точно не уйти.
— Рассказывай, Петр Андреич, как там успехи твои поживают… — Тимохин даже вздохнул, давая понять, что особо на мою удачу не надеется… Выяснилось, к моему крайнему удивлению, что полковника интересует судьба не кого-нибудь, а Наташи, дочки Ивана Сергеевича…
— Мы с Ваней в одном батальоне служили… — поделился Тимохин давнишними воспоминаниями, автоматически почесывая подставившего горлышко Мурра.