— А если на те снаряды, которые все же захватят, какое-нибудь заклятие наложат? Колдунов в Гуляйполе пруд пруди!
— Таких, как Кемменамендур, у них нет… — Тут полковник соизволил подмигнуть, и мне только осталось ломать голову, над чем успел поработать эльф: над станком, который взорвется в самый неподходящий или, наоборот, подходящий момент, над снарядами или все-таки над самими стволами? Над стволами вроде бы не колдует никто? И как заклятие сработает — ведь маркизу самому надо из пушек как-то стрелять!
Потом мои мысли вновь перенеслись на мои собственные перспективы…
Если Тимохин отправляет со мной своих людей, то меня, скорее всего, не убьют… Полковник все больше напоминал мне кота, лежащего возле мышиной норки. Вот он лежит, вроде бы спит, осмелевшая мышка вылезает из норки, и тут кот открывает один глаз. У мыша шок, тахикардия, подергивание глаза и понос на всю оставшуюся жизнь… Как бы мне таким мышом не стать…
А с другой стороны, если человек всю жизнь заповеднику кошек посвятил, как-то не ждешь от него особой подлости. Он все же к природе ближе… Один только моментик: письма от Ивана Сергеевича полковник мне не показал. Но он и не обязан свою частную переписку мне предъявлять. И почерка Ивана Сергеевича я все равно не знаю, так что нечего и дергаться. А путешествовать в команде тимохинских гвардейцев мне гораздо больше нравится, чем одному в сторону Хараза рассекать на лошаденке. Так и в рабство попасть, и просто на пулю нарваться — пара пустяков. Вот одолели меня смарагды гребаные! Не было их — и не думал ни о чем! А теперь как пуганая ворона каждого куста шарахаюсь… Надо бы с конвоем познакомиться, пока суд да дело…
Я так понял, что рыжий будет моим сопровождающим в поездочке в Арсайл, которую иначе чем дурно пахнущей авантюрой и не назовешь. Хотел выяснить у него, сможет ли он в случае чего собрать пушечку и пострелять мало-мало, но решил не торопить событий: если рыжий в припадке служебного рвения доложит полковнику о моем вопросе прямо сейчас, то Тимохин может и запретить пользоваться ценным грузом «в личных целях», и даже в целях собственной безопасности. А вот в походе Тимохина не будет, и вопрос можно будет решить спокойно, без «начальства». Да и военная косточка в бородатом отчетливо видна, так что сумеет, если припрет…
Дальше события стали разворачиваться быстро. Мы выехали обратно с полянки на просеку как раз в тот момент, когда из-за поворота вывернули аж четыре подводы, запряженные здоровенными флегматичными тяжеловозами. На трех были пушки, в разобранном виде, конечно, без станка и шита, уложенные в деревянные ящики, на четвертой — ящики со снарядами. Снаряды, как я выяснил, располагались в три ряда по пять. Пятнадцать штук в одном ящике, получается.