— Это сын Лиинуэля Огненного, полукровка! — вполне ожидаемо представил он меня.
Бонапарт, как я окрестил «инвестора», посмотрел с прищуром, потом спросил безо всякого интереса:
— И что же, вся коллекция папаши досталась вам полностью?
Я не знал, что ответить, потому что и о коллекции и о «папаше» был ни слухом ни брюхом. Горделиво вскинув голову, я не удостоил «инвестора» и взглядом, зловеще прошептав при этом Бонсу:
— Отойдем, потрещать надо!
И тут же с улыбкой повернулся к собутыльнику «рыцаря»:
Бонс бросил на своего приятеля умоляющий взгляд — типа «сумасшедший, что возьмешь!», и мы с ним вышли во внутренний дворик ресторана, утопающий в зелени. Деревья, правда, в кадках, но газон сделали нормально, не придерешься. С серым песком улиц Гуляйполя этот внутренний дворик составлял сильный контраст.
— Не сердись, Петя! — Нападение — лучшая защита, а повинную голову меч не сечет. — Куда делся сын этого Лиинуэля, ума не приложу! А он мне позарез нужен!
— Слушай, Бонс, перед вампирами мы комедь разыграли на «отлично», но сейчас ты за рамки перешел конкретно! Мне не улыбается влезть в ваши разборки, стать самозванцем, а потом ответить за это перед «большими пацанами»!
— Брось, Петя, отвечать ни перед кем не придется! Этот парень уже проиграл и пропил полколлекции, и это всем известно! Будут лезть, ори «Лаве нанэ!», скандаль и посылай всех… Вполне в духе сынка этого!
— Коллекции чего? — сумрачно спросил я Бонса, понимая, что «рыцарь» отнюдь не считает, что втравил меня во что-то нехорошее. Ощущение, что все для него игрушечки!
— А? Да не бери ты в голову! Мамой клянусь, никому ни ты, ни он, ни еще какой полукровка даром не нужны! Так, понты дешевые! Серьезные люди все в курсе, никто тебе претензий не предъявит! Случись чего — вали на меня, как на мертвого!
— Не премину, — заверил я Бонса и повторил вопрос: — Так что за коллекция, я спрашиваю?
При этом я слегка надвинулся на «рыцаря», нащупывая в кармане кистень. Вряд ли получилось угрожающе, но Бонс все же ответил:
— Да остынь ты, Петя! Безделушки всякие, амулеты какие-то старые, чуть не ком земли и протухшее гнездо воронье, червяки ползают, гадость, тьфу! — Тут «рыцарь» сплюнул на какой-то бонсай, или не знаю уж, какое карликовое деревце в кадке.
— И по бхут-ариру тоже ползают? — ядовито уточнил я, начиная догадываться, кого искал Пантелей. Если хоть еще один колдун уровня Пантелея этого сына Лиинуэля ищет, то все это не игрушечки, как Бонс говорит! Нам такого счастья не надо!
— Что за бхут-арир? — Вид у Бонса был честнейший, но этим меня не провести!
— А амулет это магический, который проиграл твой… как его зовут-то?
— Да не знаю я… — Бонс, кажется, был смущен.