Автор
Александр Волков, нелюдь из Великоречинска, оказывается втянутым в события, связанные с миром полуэльфов и других нелюдей Великой реки. В Тверском княжестве разворачивается конфликт между различными народами, а полуэльф Петр Корнеев сталкивается с неизвестными силами.
— Раньше не мог сказать? — возмутился я. — Я чуть не сдох, пока тащил ее!
Семен лишь криво усмехнулся. Понятно, что оборонные функции он бы мне никогда не доверил.
— Слышь, Семен, если это реакция на абсорбент, так я пойду потихоньку, вот и кровати здесь только две!
— Посидишь, — так же мрачно буркнул Семен. — Это из-за тебя все началось — вот и посидишь!
— Из-за меня? А кто Бонса требовал слушать, развесив уши?
О! Рифма! И тут мне в переносицу уперся кольт-дефендер. Пришлось сделать некоторое усилие, чтобы не смотреть в ствол оружия, а спокойно и пристально взглянуть на разбушевавшегося Семена.
— Ты… — Старого унтера душила ярость, он шипел, как змея, глаза были бешеными. — Из-за тебя одни неприятности, одни беды! А ведь я мог положить этому конец…
— Не обольщайся, Сеня! Ты — маленький винтик в большой машине ярославских спецслужб! — Я дергал тигра за усы, и мне это нравилось. А что? Тигр сам на себя намордник надел — чего теперь рычать? Это вам не покойный Аристарх, вечная ему память…
— Не такой уж и маленький. — Глаза Семена нехорошо блеснули. — Мне довольно было шепнуть Тимохину пару слов, и ты бы никогда не покинул нашего «заповедника»!
— Но ты же не шепнул… Ты решил, что все будет в ажуре, что надуть меня легче легкого, потом продать Конкруду, потом отпустить — в кавычках! — и завернуть в Гуляйполе под предлогом моей поимки, выдернув под это дело фэйри из замка! Ты поставил на меня, как на лошадь… Лошадь получает клок сена, а игрок с букмекером загребают миллионы! Чего я не понимаю — так это зачем вы игру с островом да векселем затеяли, почему смарагды мне оставили и почему…
Семен шутливо замахал на меня руками, но посмотрел злобно, и я решился зайти с другой стороны, удивляясь про себя — как это он за «букмекера» не вступился, за Афанасия Никифоровича Тимохина? — и, стараясь говорить «проникновенным» голосом:
— У тебя раньше все получалось, Семен. Служба в армии, «полукомандная» должность, потом тебе сделали предложение, от которого ты не смог отказаться… Ты удачлив, уверен в своих силах, с тобой считаются… Интрижка с фэйри, на зависть прочим… Знаешь, ведь это ты во всем виноват. И если Паола умрет, виноват будешь тоже ты…
Выражение лица Семена изменилось — я уж решил, что окончательно перегнул палку и мне конец, но Семен внезапно опустил оружие.
— Я знаю, кто ты… — сказал он мне вконец усталым голосом. — Ты — рыба-подлипала! Ты подлипаешь к любому хорошему делу, язвишь, остришь, портишь все, мешаешься под ногами.