В зеркале отражается та же уродливая женщина, но уже одетая незнакомо и уверенно: синяя шапочка и меховой капюшон. Теперь она готовится к новому вызову — созданию отеля из ничего в столице, где каждое движение под наблюдением и угроза несчастья присутствует на каждом шагу....
— Да он больной!
— Скорее всего, — кивает Рэм. — Он отказался от военной карьеры, а это считается позором для дракона. Его отец был весьма разочарован и... прилюдно высказался...
Рэм замолкает — ему определенно неприятно вспоминать прошлое.
— Лорд Ласко сказал, что хотел бы видеть своим сыном меня, — продолжает генерал. — Благородный был дракон. А Раул... Знаешь, ему не нужны мои деньги, он просто хочет уничтожить все моё.
На душе мерзко от этого маньяка!
— Убить меня, получить мою жену, вывалять в грязи мое имя — вот его цель, — Рэм цедит сквозь зубы, — но я его раздавлю.
Мы въезжаем в Торн и я с нетерпением выглядываю в окно, чтобы издалека увидеть фасад отеля. После посещения имения леди Кайен у меня словно второе дыхание открылось, а эта добрая женщина еще и пообещала свою поддержку.
Из автомобиля быстро выскакиваю, так как соскучилась по своим. Хочется увидеть солидного Патрика в дверях, услышать голос миссис Милл, спорящей с Сарой из-за неправильно помытых полов. А как обрадуется подсвечникам Флора.
Звоню в дверной звонок и передо мной возникает Патрик.
63
Рэм несет мой чемодан и, как я подозреваю, надеется остаться на ночь. Но я сомневаюсь, подумывая пока попрощаться генерала, а позже навестить уже в его доме. Там больше возможности нормально побыть наедине."
"— Леди Мойрош, — сконфуженно произносит Патрик и мы с Рэмом в недоумении смотрим на него. — Вас ждут в гостиной. Миссис Милл впустила, так как прибыла матушка генерала Грэхема...
Рэм не дослушивает, крылья его носа гневно вздрагивают, и он быстрым шагом идет в гостиную.
Я следую за ним и застываю в дверях.
В креслах сидят две женщины. Леди Грэхем я сразу признаю, а вот вторую вижу впервые. Усталое лицо, сутулая спина, пустой взгляд, зеленое платье из дешевого капрона.
«Кто это»? — проносится первая тревожная мысль.
— Леди Мойрош?! — возглас Рэма звучит как выстрел.
Но я и так осознаю, что смотрю сейчас в лицо матери Анны. И это ужасно, потому что я не знаю, как должна вести себя.
Она встает и раскрывает объятия. Ярко-красные губы расползаются в улыбке, обнажая золотой зуб.
Боже, я сейчас чокнусь. Такого я не ожидала.
— Девочка моя, ты хорошо выглядишь. А Инес твердила, Анне плохо, муж ее выгнал. А вон оно как, оказывается.
Я непроизвольно делаю шаг назад и упираюсь спиной в Рэма.
